Дамы убивают кавалеров

– Тетке, – испуганно ответил Леня. – Тете звонил. – Он решил признаваться во всем. Или почти во всем. Все равно его тюремщики смогут установить, что за номер он набирал, – достаточно просто нажать кнопку «redial».[20]

Первый охранник нависал над ним. Второй торчал у дверей, недобро скалился.

– Что говорил? – спокойно спросил первый и замахнулся. Ленчик дернулся. Мучитель не ударил, но оставался готов к удару: рука сжата в кулак, отведена.

– Я крикнул ей: «Помоги мне!»

– «Помоги»? На каком языке?

– На английском.

Хачик лениво ударил Леню по щеке раскрытой ладонью: не больно, но обидно.

– Почему по-английски? Русский язык забыл?

– Нет! Не знаю! Не знал, что делаю! – выкрикнул Леня."

"– «Не знал»… – протянул тюремщик и еще раз ударил его – как и в первый раз, раскрытой ладонью, по другой щеке. Ленчик дернулся. Второй хачик, стоявший у двери, что-то проговорил на хозарском. Первый мучитель гортанно ответил. «Что он сказал? Убей его? Или, может быть, оставь его в покое? Оставь «малъщика» в покое, все равно он ничего не успел сказать? Подумаешь, два слова сказал! Ну, перестаньте, пожалуйста!»

Первый тюремщик еще раз ударил Леню по лицу – теперь кулаком.

– Больно? – участливо спросил он.

– Д-да!

– Повтори еще те два слова, что в телефон сказал.

– Help me, scream![21]

– Это по-английски?

– По-английски.

– Что значит?

– «Умоляю, помоги!» – недрогнувшим голосом заявил Ленчик.

Первый хозарин что-то бросил на своем языке второму. «Что он сказал? – внутренне сжался Ленчик.

– Больше так, как сделал, никогда не делай. Совсем убьем тебя.

Он выпрямился, развернулся и ушел на кухню. Хлопнул дверью. Второй хозарин тоже вышел. Ленчик облегченно вздохнул. Кажется, его оставили в покое.

Однако его покой продолжался недолго. Второй мучитель скоро вернулся. В руке он нес табуретку.

– Ну, что, малъщик, потолкуем, – сказал он. Уселся на табурет с каким-то грустно-усталым видом. И уставился на побелевшего Ленчика.

– Ну что? Попался, дорогой, – почти без акцента проговорил чучмек. – Думал, наверное, что самый умный? Но мы ведь тоже не дураки… Думаешь, я случайно некрепко закрыл наручники? Мне просто было интересно, насколько ты трус.