Дамы убивают кавалеров

Она бросилась к раковине – скорее смыть адское средство. Но железные пальцы Альмиры вцепились в плечо, удержали:

– Мочить нельзя! Загноится!

– Я не могу! – выкрикнула Катя. На глазах выступили слезы, палец жгло, словно каленым железом.

– Терпи, – приказала Альмира.

– Что ты мне насыпала? – простонала Катя. Боль постепенно отступала.

– Народное средство, – пояснила горничная. – Хемакам. Смотри, кровь уже остановилась.

Калашникова в изумлении увидела, что кровь действительно не течет. Мало того, капельки, оставшиеся на ране, на глазах высыхали и свертывались в хлопья.

– Из чего это делается? – благоговейно спросила Катя.

– Конский навоз. Молотые куриные кости. Сушеный коровий желудок, – спокойно объяснила Альмира. – Очень древнее средство.

Катю передернуло. Лучше уж лечиться по старинке, йодом.

Горничная между тем взглянула на часы и гневно воскликнула:

– Опоздали! Из-за тебя! Быстро неси профессору завтрак!

Альмира ловко расставила на подносе тарелку с хамамами, кофейник и чашку.

– А мне что – кофе не полагается? – поинтересовалась она.

Альмира сухо ответила:

– Женщины не имеют права есть вместе с мужчинами. Ты поешь здесь, в кухне. Когда тебе позволит профессор.

Катя не стала спорить. Посылая про себя тысячу проклятий на Бахтиярова и несговорчивую горничную, она поволокла поднос в профессорский кабинет.

Профессор уже сидел за письменным столом, копался в своих талмудах.

«Если и ты начнешь меня строить – точно уйду», – подумала Катерина. Но, увидев ее, Анвар Шойвович просиял. Подскочил, выхватил из рук поднос, сказал ласково:

– Доброе утро! Проходите, Катюша, садитесь.

Калашникова ответила на его улыбку, с облегчением опустилась в глубокое кресло.

– Как вам спалось? – заботливо спросил профессор.

– Отвратительно, – честно ответила Катя. И вздрогнула. До нее вдруг дошло, что диалог они вели – на хозарском! И она – понимала, она все понимала!

Профессор между тем потянулся к книжному шкафу и выудил из него кофейную чашку.

– Не хочу, чтобы Альмира видела. Я велел ей вести себя с вами – как со своей. А хозарским женщинам…

– …в присутствии мужчин есть не полагается, – закончила Катя. И добавила: – Что у вас за порядки дурацкие! И почему мне надо их осваивать?..

Профессор отхлебнул кофе.