Дама моего сердца

Должно быть, этот кретин, с которым она лежала в постели, дожидался, когда я уеду.

— А она предохранялась, когда спала с тобой? — спросила Джиллиана.

Камерон оторопел. Он не ожидал услышать такой интимный вопрос из уст девчонки. Внезапно он почувствовал, как по спине его пробежал холодок. Он понял, что есть только одна причина, по которой Джиллиана решилась его задать. Он взглянул на их мрачные лица, моля Бога, чтобы его догадка не подтвердилась, но в глубине души чувствовал, что сейчас сбудутся его самые худшие опасения.

— Нет! — воскликнул он. — Она мне говорила, что бесплодна.

— Она не была бесплодной, Камерон, — сочувственно сказала Эвери. — У нее родился сын. Черноволосый, черноглазый, смуглый мальчуган с маленьким родимым пятном в форме звездочки внизу живота. — Эвери поразилась тому, что Джиллиана так спокойно смотрит на Камерона. Сама она боялась взглянуть на его искаженное гневом лицо. — Ваше последнее свидание принесло свои плоды.

— Откуда тебе это известно? Откуда ты вообще знаешь, кто такая Энни Ситон?

— Я с ней не знакома, только слышала о ней.

Моя кузина Элспет разузнала все об этой женщине, хотя никто не знает, кто отец ребенка. Скорее всего единственными, кто видел тебя в деревне, были твоя любовница, бывший владелец коттеджа, у которого ты его купил, и тот самый испуганный бедняга, которого ты застал в постели своей любовницы. Мою кузину захватил в плен сэр Колин Макрей и некоторое время продержал в этом коттедже.

— Этот Макрей доводится Энни кузеном, а он знатного происхождения.

Она любила хвастаться этим родством, чтобы показать, что она на голову выше всех остальных жителей деревни. — Камерон покачал головой. — Мне кажется, она считала, что знатное происхождение ее кузена заставит и меня взглянуть на нее другими глазами и, быть может, даже жениться на ней. Ты думаешь, она собирается шантажировать меня этим мальчиком? Попытается женить меня на себе, мотивируя это тем, что ребенку нужен отец? Да нет, она не настолько глупа, правда, тщеславия в ней хоть отбавляй.

— Камерон, ее уже нет в живых, — с трудом выговорила Эвери и не заметила в его взгляде никакой боли, лишь ужас и еще — легкое замешательство. — Ее обвинили в колдовстве, повесили, а потом сожгли на костре. Элспет считает, что это сделали в первую очередь потому, что она переспала почти со всеми чужими мужьями и вовсе в этом не раскаивалась, а, наоборот, гордилась своими подвигами.