Далекий мой, единственный...

 – Мои родители в реанимации, еще неизвестно, выкарабкаются ли они! За ними уход нужен, а у меня работа и Тимка на руках! Лен, ты хоть догнала вообще, о чем я говорю?!

– Что ты кричишь?! Я все поняла! – резко ответила она. – Но ты тоже пойми, я не могу сейчас приехать и мои родители тоже! Ну не ходи на свою работу!

– На какую именно, у меня их несколько?

– На все не ходи, или найди няню, или друзей попроси помочь.

Она продолжала что-то говорить, давать ему советы, но Илья положил трубку. Он посидел, посмотрел на телефон, не понимая, как столько времени прожил с чужим человеком, и решил позвонить тестю с тещей.

Они выслушали его, посочувствовали, теща немного всплакнула, поохала, но от встречи с внуком отказалась под благовидным предлогом.

– Что ты, Илья, тут ужасная жара, ему нельзя на такое солнце, Тимошка может заболеть.

– Понятно, – сказал Илья и вежливо попрощался.

А чего возмущаться, обижаться или негодовать – чужие люди, что от них ожидать? Он приехал к Расковым и попал на обед, его сын восседал за общим столом на высоком детском стульчике.

– Откуда трон? – спросил Илья.

– Взяли у соседей, у них девочке четыре года, и стульчиком они уже не пользуются, – объяснила Марина, – а нам пригодился. Да, Тимошка?

– Да! – согласился он и стукнул ложкой по деревянной планке стула.

– Давай мой руки и садись, Юлька тут всяких вкусностей наготовила, – пригласил Игорь и, дождавшись, когда Илья сядет за стол, открыл собрание: – Рассказывай, что у тебя!

Илья рассказал без эмоций, на которые никаких сил уже не осталось.

– Так, давайте подумаем, что делать, – выслушав его, предложил Игорь Дмитриевич.

– Я знаю! – заявила Юлька.

Сидевшие за столом, в том числе и Тимошка, посмотрели на нее в ожидании суперидеи, которую она и выложила, выдержав небольшую театральную паузу.

– Сейчас позвоним Ярцевым. И узнаем, могут ли они сдать нам дачу по старой памяти. Если нет, идем в ближайший киоск, покупаем газеты по недвижимости и обзваниваем людей, сдающих дачи, а также друзей и знакомых, на тот же предмет.

После ее тирады повисло минутное молчание, прерванное Игорем Дмитриевичем:

– Юлька, ты гений!

– Я знаю, – согласилась она.

– Но у тебя же есть, наверное, планы? – смутился Илья.