Далекий мой, единственный...

– Есть! – улыбнулась Юлька и отдала честь.

ИЛЬЯ

Он помнил все.

В мельчайших подробностях, поминутно, посекундно. Каждый вздох, каждое слово, каждое движение, все, что чувствовал и переживал тогда.

Вот уже седьмой месяц Илья жил с этими воспоминаниями. Он справлялся с ними, как мог: загружался работой, делами сверх меры, менял женщин одну за другой, стараясь встречаться с ними не у себя в квартире. Если можно было, то только не там!

Иногда, неожиданно, перед его мысленным видением вставали сцены той ночи в подробностях, сопровождаемые звуками, запахами, и кровь ударяла в голову.

В пах. Бросало в жар и становилось неудобно сидеть.

Илья взял со столика пузатый бокал, отпил глоток коньяка и, задумавшись, посмотрел на янтарную жидкость.

Почему он тогда не остановил Юльку? Почему не побежал за ней? Почему дал уйти вот так, в отчаянии?"

"Потому что знал: если он остановит ее, то никуда больше от себя не отпустит! Не сможет! И тогда жизнь Юльки превратится в кошмар, от нее отрекутся родные и друзья. А когда она поймет, что Илья прав и на самом деле ее любовь – лишь каприз, память о той детской наивной влюбленности, подогреваемая тем, что нельзя получить эту большую игрушку, поймет и захочет уйти, вот тогда его жизнь превратится в кошмар и перестанет иметь смысл!

Потому Адорин изо всех сил держался, чтобы не броситься за Юлькой.

Уперся лбом во входную дверь, до хруста, до боли сжав пальцы на дверной ручке.

Нет! Нельзя!

– Чертова жизнь! – крикнул Илья.

И со всего размаха кинул бокал в Юлькину картину, в ее «Поиск»!

Бросок был сильным, резким, расстояние до стены метра три.

Но странным, колдовским образом бокал не попал в картину, ударившись выше в стену, он разлетелся с громким звоном на мелкие осколки, обдавая брызгами коньяка обои и телевизор.

Ни одна капля, ни один осколок не попали на полотно.

Илья обалдел от такого феномена, посмотрел, не веря своим глазам, на «Поиск» и восхитился:

– Вот ведь рыжая чертовка! Даже твои картины живут по другим законам!

ЮЛЯ

Кирилл привел ее в реставрационные цеха, где работал, и подробно, насколько можно было за столь короткое время, рассказал о своей работе.

Юлька, сразу ужасно заинтересовавшись, слушала, вникала и задавала массу вопросов. Но, к сожалению, экскурсия оказалась недолгой, Кириллу надо было работать. Проводив девушку к выходу, он вежливо попрощался и ушел.

А вечером заявился к Людмиле домой, без звонка и предупреждения, впрочем, большая часть гостей приходила к ним именно так.