Дайте поспать! (СИ)

Спустя миг сверху прилетела туша Толстяка. Гигант опустил кулаки и приземлился прямо на своего собрата, раскрошив тому горб. Во все стороны брызнула концентрированная желчь. Меня немного задело, но больше обволокло Толстяка. Его покров начал дымиться и постепенно разлагаться. Тем не менее, зомби не были ведомы ни страх, ни боль. Он продолжил свои прыжки, круша землю и трансформаторы. Жаль, что подстанция была отключена от сети. Так бы монстр поджарился быстро.

Разок я не успел убраться с дороги, пришлось принимать удар на руки-базуки.

Мне показалось, что в них врезался многотонный грузовик. На секунду их серьезно отбило. Я побегал немного от Толстяка, после чего решительно атаковал. Отбойные Кулаки не смогли пробить прочный покров монстра. Крепкий гад! Наверняка, мои удары наносили массу внутренних повреждений, но тварь была слишком массивна. Жировая броня гасила внутреннюю ударную волну.

Лолька вернулась и принялась периодически постреливать одиночными, однако попадания по гиганту не меняли картину боя.

Пули утопали в жировом каркасе. Я натравил Толстяка на один из трансформаторов подстанции. Тот охотно прыгнул и смял металл. Трансформаторное масло брызнуло в разные стороны и вдруг резко воспламенилось! То ли желчь вступила в реакцию, то ли выстрел малявки смог поджечь горючую субстанцию.

Объятый огнем здоровяк взревел, однако помирать и не думал. Благодаря Прочности он мог держаться даже в таком адском пекле. На помощь нам пришла, как ни странно, желчь. Я заметил, что на руках, ногах и торсе в местах наибольшей концентрации попавшей на него кислоты начала потихоньку плавиться плоть.

Похоже, желчи удавалось проедать даже столь прочный покров."

"Я подключился к сражению с новой силой и принялся бить отбойными кулаками в уязвимые зоны. Первой оторвалась левая рука, затем я удачно попал в колено монстра и изрядно повредил. Зеленое чудище обладало регенерацией, но не мгновенной. Следовало поднажать. Ударом монстр отбросил меня на несколько метров. Хорошо, хоть руки-базуки защитили от серьезных травм.

Больше прыгать Толстяк не мог. Поднявшись с земли, я снова сблизился с тварью и принялся наносить методичные удары. Сначала размозжил оставшиеся две конечности и уже затем принялся за голову. Черепушка у монстра оказалась поистине твердой, как я и подозревал. Наконец, после одного удачного удара кость дала трещину. Джеб с левой поставил точку в противостоянии. Голова Толстяка лопнула словно начиненная порохом.

Огонь постепенно затухал.