Дайте поспать! (СИ)

Разогнуть пальцы я больше не мог, поскольку кулак покрылся такой же защитной скорлупой.

Очевидно, что часть Заряда была потрачена на активацию Умения. Сколько точно, я не знал, но по примерным ощущениям больше половины. Впрочем, Заряд восстанавливался со временем. Выглядели тубусы твердыми, массивными и прочными. Такими проламывать черепа сплошное удовольствие. Настоящие руки-базуки, муа-ха-ха-ха!

Насладиться сполна прекрасным видом своих кулаков мне не дали напирающие зомби, которые добрались уже до последнего пролета перед площадкой пятого этажа.

Мертвяки пихались, расталкивая друг друга. Некоторые неудачники переваливались через перила и падали в узкий пролет вниз. Кто-то пытался срезать путь намеренно, но не всем удавалось перепрыгнуть через пролет.

— Пошла, родимая!

Я встретил набегающих зомбаков размашистыми ударами Отбойных Кулаков. Уворачиваться или ставить блок, как в боксе, тут никто и не пытался, так что практически каждый грамотный выпад находил цель. Сражаться с набегающими снизу монстрами было относительно удобно.

Я лупил по поднимающимся головам с остервенением. Любой удар Отбойных Кулаков по черепушке перворангового зомби уничтожал тварь без вопросов. Мертвяки падали, как подкошенные, усеивая своими телами лестницу и площадки.

Я крутил руками будто мельница. В зале никогда так не выкладывался! Пудовые кулачищи громили головы будто переспевшие арбузы. Ворочать ими стало слегка тяжелее, но огромная масса удара компенсировала с лихвой небольшую потерю скорости. Неудачных выпадов стало на порядок меньше.

Бывало, я попадал в шею или ключицу, но неизменно что-то ломал и отбрасывал мертвяка назад.

Настоящая бойня! Трупов стало так много, что они заполонили весь пролет и площадку уровнем ниже. Зомбаки ползли по своим павшим товарищам, что создавало неудобства. Как им, так и мне. Пришлось потихоньку отступать, отдавая метр за метром. Я понял, что так меня скоро зажмут в коридоре и тупо задавят массой.

Чтобы улучшить свое положение, я улучил несколько секунд и нанес несколько мощных ударов по перилам со своей стороны.

Ограждение треснуло и переломилось, после чего отошло в сторону. Распирающие перила тела принялись вываливаться в проем и падать вниз. Скученность начала снижаться.

— А мне это начинает нравиться! — заявил я задорно, отправляя еще одного зомбака в его последний в некрожизни полет.

Каменные кулаки не ощущали боли, содрать кожу на костяшках было нельзя. При этом руки-базуки чувствовались логичным продолжением моего тела.