Да здравствует королева! (СИ)

— Отец сочтёт вас прекрасной невестой, — заключил он странно чуть погодя. Я так и не поняла, искренне или с неудовольствием. — Хотя ваши занятия с мечом в Маларии могут не одобрить.

— В них есть что-то предосудительное? — Мне оставалось лишь несчастно свести брови.

— Нехорошо, когда женщина может защититься без мужской помощи. Разумеется, по взглядам моих соотечественников.

— А вы их не разделяете?

— Не вижу большой разницы, как убивать время. Лишь бы вы не скучали.

Это прозвучало… почти мило. И в то же время — слегка пренебрежительно.

Я даже не знала, что выбрать.

— Спасибо, что заботитесь о моём самочувствии…

— Это не совсем забота о вас, — развеял мои сомнения Шинар. — Скучающая женщина ищет развлечений — и обычно они так или иначе связаны с обществом мужчин. Других мужчин, если муж вечно занят. Это не то, что я намерен позволить своей супруге.

О Боги!

Теперь он оторвался от еды и приковал ко мне взгляд — уже привычный, холодный и пронзительный.

Неужели весь этот разговор — чтобы узнать, насколько я буду верна?

Неужели именно это ему так важно? Но… ни сейчас, ни на охоте, ни вчера, вжимаясь в стену, я не могла отделаться от ощущения: жениха интересует другое.

Он будто старался проверить меня, раз за разом! В чём-то более значимом.

— Уверяю, милорд, я не собираюсь доставлять вам подобных тревог.

— Возможно, пока вы юны и невинны. Однако я видел, что принцесса Маас хорошо развлекала вас вчера. Как вы её находите?

— Она… — В горле пересохло мгновенно.

Мне потребовалось снова отпить из бокала. — Очень мила. А вы с ней знакомы?

— Чуть ближе, чем с вами. Её тоже растили под золотым колпаком. Но в отличие от вас ей, видимо, куда больше повезло с женским окружением. Её лелеяли сёстры, подруги… воспитывала мать, в конце концов.

Теперь у меня ком встал в горле.

Разговор становился всё сложнее. Он ведь серьёзно пытается вызвать меня на откровенность! Зачем же?

Мама умерла, даря жизнь мне. Всё, что я знаю о ней, составлено из обрывков — картин, рассказов отца… и снова записей в книгах.

Драгоценные крупицы, которые я как сказочную росу собирала в ладони… надеясь, что смогу утолить непонятную жажду. Ту, с которой не справлялись строгая кормилица и весёлые, но всегда слегка чужие фрейлины.

Но я не могу сказать об этом Шинару. Я вообще не должна быть с ним искренней: я пришла сюда играть роль, которая понравилась бы большинству мужчин при дворе. «Прекрасная невеста», — он сам сказал.