Катастрофа в подарок

"

"Для полной уверенности в собственной «отразимости» Наташе не хватало лишь подходящего макияжа. К сожалению, в косметичке учительницы не оказалось помады морковного цвета и ядовито-фиолетовых теней для век.

Сидорова внутренне ликовала, представляя выражение лица нового директора, обнаружившего за столом напротив прощальную песню богини старости Элли.

Но надежды были напрасны…

Иванов, не нуждаясь в утреннем душе, поспешил покинуть дом с рассерженными родителями и появился в школе намного раньше Натальи. Он ожидал её появления в коридоре, уставившись в окно, открывающее вид на школьную стоянку и главный вход.

Заранее решив, что если преподаватель биологии, а по совместительству — его мучительница, появится в чём-то неординарном, значит, их встреча произвела неизгладимое впечатление.

И быть им вместе на «радость» Карлу. Если же, как и вчера, в обычном виде учительницы, то эпизод свидания был мелким недоразумением в размеренной жизни закоренелой мужененавистницы. Девственница не по причине отсутствия подходящего кандидата противоположного пола, а по убеждению.

Значит, то, что он навыдумывал себе вчера, было миражом.

Лев поперхнулся кофе и едва не выронил кружку с горячим напитком при виде преобразившейся до неузнаваемости гражданки Сидоровой. Он ожидал всякого: от длинной юбки в пол до, на грани допустимого, короткого платья, но что она подойдёт к вопросу настолько творчески — не смел и надеяться.

Глаза Казановы, вместе с бровями, вставшими домиком, полезли на лоб. Рельефные губы жёсткого рта приоткрылись, разделённые выпавшим от изумления кончиком языка, обнажая ровные крупные зубы, сквозь щели которых непроизвольно потекла слюна.

Набежавшая на небо тучка, заслонив солнце на миг, сделала стекло почти зеркальным. Новоиспечённый директор обомлел, заметив собственное отражение. На него смотрело почти мультяшное лицо — ни дать ни взять котяра Том, увидевший соблазнительную кошечку.

— Чтоб я сдох!.. Это судьба. Она станет моей.

Он с удивлением почувствовал, как натягиваются брюки в районе паха.

Вот уж чего, а склонности к геронтофилии Иванов за собой не наблюдал никогда, но по-другому просто не могло быть. Госпожа Сидорова сейчас представляла собой героиню самой яркой эротической фантазии Льва — секс с его первой учительницей.

Юбка на длину чуть ниже колен умудрялась на ходу облегать крутые бёдра. Бесформенная двубортная кофта, наброшенная на плечи вместо пиджака, обтягивала высокую грудь, двумя крупными пуговицами по бокам обозначив места сосков.