Катастрофа в подарок

Лев решил не растягивать удовольствие до второго пришествия и одной рукой прижал руки невесты, второй плотно закрыл рот. Дышать другими дырочками она, к всеобщей радости, не умела.

Три глубоких втягивания носом и из глаз Белоснежки хлынули слезы, а затем они распахнулись больше положенного, желая вырваться из орбит. Синий негр с выпученными глазами ещё то зрелище! Теперь добавились полоски; раскраска вождя каннибалов племени тумбо-юмбы перед охотой.

Лев убрал ладонь ото рта восставшей из мрака, опасаясь быть дико закусанным.

Руки людоедки освобождать не спешил. Илона приложила банку с лечебной смесью к губам «катастрофы» потребовав немедленно сделать пару глотков.

— Зачем? — Наталья крутила головой по сторонам, который раз за день задавая вопрос: — Где я? — видно там куда уходила забыться было намного лучше.

— В загсе, где же ещё? — Лев не ослаблял схватку. — Ты вообще-то любимой женой мне сегодня становишься.

— Я не готова! — брюнетка затравленным взглядом скользила по будущей и настоящей родне, остановив взгляд на Агнес.

— Бабушка, я передумала. — Пробовала она достучаться до сердца любимой родственницы.

— А я нет! — актриса скривила губы на бок, изображая радушие. — Неделю с Проказником соревновались в ловле букетов. Все горшки из-под герани стоят пустыми.

— И кто победил? — вопрос был риторическим, чтоб протянуть время.

С Агнес это не прокатывало.

— С переменным успехом. Но теперь я резкая и прыгучая, словно сучка.

 — Она обнажила резцы, не уступающие собачьим по крепости. — На собачьи выставки поводок себе одевать стану! — актриса поправила шарфик на шее задрав один конец вверх жестом неунывающего висельника и подмигнула. — Расстраивать меня не советую!

— Тебя с трудом вывели из алко— комы. — Вступила в разговор Илона, потребовав: — Выбирай: не идти замуж или не пить?"

"— В чём подвох?! — Наталья с трудом шевелила не желающими активизироваться мозгами.

— В том, что в любом случае выпьешь и не испортишь мне праздник! — Старушка, не церемонясь, зажала нос внучке, встав на цыпочки и потребовав от байкерши: — Лей ей в глотку.

Вымажет платье пойдёт под венец свиньёй, — она оголила челюсть, грозно рыкнув в выпученные глаза наследницы, — но пойдёт в любом случае! Давай: глоточек за бабу, глоточек за папу и не забудь, что Пусик там сейчас крольчиху окучивает. Скоро ещё штук семь имён прибавится.

Последний аргумент стал решающим.