Катастрофа в подарок

 — Не повторяй моих ошибок: не верь козломудам! Хочешь полюбоваться на мужиков — врубай канал «Дискавери»!

— Ой, я и так смотрю его постоянно, но там мужчин почти нет…"

"— Ты по особым спутникам смотришь? — перебила биологичку Бабенко. — Самцы там на любой вкус: и с рогами, и с гривой, и с жопами красными по деревьям лазают. Но, главное, они хорошо раскрывают свою поганую сущность: дерутся, жрут постоянно, гадят и при любой возможности трахаются…

Глава 18

Как добралась до дома, Наташа не помнила, да и на воспоминания совершенно не было времени.

Пробудившийся раньше всех Гамлет выплескал на восстанавливающееся после голодания тело всю горячую воду. Ждать, когда бойлер нагреет её, не было времени. Прохладный душ поспособствовал окончательному протрезвлению.

Думать, а тем более размышлять над вчерашним походом в фитнес центр не хотелось. Вечер, хоть и наполненный пьяными откровениями и нравоучениями, оказался чудесным.

Учительница зачесала волосы в конский хвост, нанесла лёгкий макияж, подчеркнув размер глаз тонкой подводкой, а губы бесцветным блеском. Она натянула плотную водолазку белого цвета, выделяющую грудь, и чёрную юбку-карандаш, никогда не выходящую из моды, но так хорошо обрисовывающую упругую попу.

Наташа заскочила на кухню, глотнула остывшего кофе и буркнула Надежде в очередной раз обомлевшей от внешнего вида дочери:

— С добрым утром! Пока!

Затем скинула тапки перед лохматой мордой Пусика и милостиво разрешила одуревшему от счастья косоглазику:

— На, сволочь, люби! Я сегодня добрая.

Биологичка сунула ноги в туфли на шпильках — те самые, в которых рухнула к ногам Иванова в День всех влюблённых — и выскочила за дверь.

Она не слышала судорожных всхлипов мамы, бросившейся в объятия пахнущего дочериным клубничным гелем для тела Гамлета с криками:

— Милый, это катастрофа! Видел бы ты её!..

Лишь через пять минут расспросов о том, что случилось и попыток вызвать врача, Надя констатировала:

— Это ужасно! Она действительно влюбилась. И на этот раз всё серьёзно…

— Ты говорила, что видела её богатенького прохвоста?

— Да.