Да, были люди в иное время!

Хоть и хорошо у меня обучены унтер-офицеры, умеют отлично наводить орудия и метко стрелять, но они еще теряются в принятии самостоятельных решений, постоянно ищут глазами офицера. Я же не могу одновременно находиться в разных местах. И так бегаю по всей позиции под обстрелом. Прапорщик Митрохин мне пытается помогать, но у него самого забот море.

Вторая атака неприятеля готовилась дольше. К тявкающему голосу семидесятипятимиллиметровых Арисак примешался звук выстрелов калибром крупнее. Собственно, это можно было заметить по высоте земельных фонтанов от разрывов.

Достать эти пушки наши трехдюймовки могли, как-никак восемь верст это расстояние достаточное, а вот корректировать стрельбу некому, нет у нас людей в окопах пехоты. Да и не каждый унтер-офицер способен проводить корректировку огня батареи, нужен офицер. А где его взять? Как организовать передачу сведений? Прикинул я на бумаге примерное расстояние и направление до вражеской крупнокалиберной батареи, провел необходимые вычисления. Сейчас попробую двумя орудиями достать опасного противника. Передал целеуказание по новым данным, приказал, с небольшим шагом прицела отстрелять по двадцать снарядов на орудие. Потом мне отвлекаться было некогда, японская пехота заполонила свободное пространство перед окопами пехоты."

"Орудия били по японцам шрапнелью, с близкого расстояния, пулеметы стрекотали взахлеб длинными очередями, солдаты вели стрельбу из винтовок в разнобой, а противник не останавливался, приближался к нашим окопам. Даже подумал, что рукопашной схватки пехотинцам не избежать.

В такой сутолоке я не смогу поддержать огнем полк. Видно Неженцы поняли это сами, в бой включился еще один пулемет. Противник не выдержал, залег. Потом отстреливаясь, ползком начал отходить. Я им по мере сил помог в принятии правильного решения, обильно укладывая шрапнельные и фугасные снаряды в порядках японцев. Атака противника захлебнулась в крови его собственных солдат.

В минуты затишья пробежался по батарее, проверил наличие боеприпасов, справился о потерях.

Убитых было четверо, все нижние чины, а раненым оказался Архипыч, ему маленький осколок попал в правое плечо. К моему приходу осколок Архипыч извлек из раны сам, сейчас промывал рану водкой, санитар стоял рядом сокрушенно мотал головой и готовился наложить повязку. Архипыч категорически отказался покидать позицию, сказал, что с такой царапиной в лазарете делать нечего.

На своем наблюдательном пункте встретил капитана Шестернева.