Да, были люди в иное время!

Даже если я не попаду в число слушателей, то могу вернуться в свою артиллерийскую бригаду.

Полковник Сташевский зачитал выдержки из протокола экзаменационной комиссии Амурского округа, рекомендовавшей меня к поступлению. Среди генералитета прокатился одобрительный гул, я заметил несколько благожелательных взглядов и кивков. Затем мне некогда было заниматься созерцанием, начались испытания. Я не оговорился, испытания в прямом смысле этого слова. Уже после первого десятка вопросов, я понял, что экзамены во Владивостоке больше походили на дружескую беседу за чашкой чая.

– Откуда у вас, поручик, такие познания о «единорогах»? – осведомился генерал-майор, – в Михайловском училище, которое вы изволили окончить, сей вид артиллерии не преподают.

– Я, ваше высокопревосходительство, из семьи потомственных артиллеристов, поэтому изучал развитие артиллерии нашего Отечества с помощью отца и самостоятельно.

– Похвально. У меня к вам больше вопросов нет.

– Ну, поскольку у генерал-майора Мешкова к кандидату вопросы иссякли, – сказал поднявшийся с места генерал-лейтенант, как я позже узнал, это был начальник Академии Михневич, – хочу высказать общее мнение комиссии. – Поручик Головко показал отличную подготовку и продемонстрировал отменные знания. Таким образом, поручик Головко успешно прошел испытания и подлежит зачислению в Николаевскую Академию генерального штаба в качестве слушателя.

– Так точно, – выдавил из себя эти два слова, так как меня откровенно переполняла радость.

Повернувшись через левое плечо, строевым шагом покинул аудиторию.