Чужой, плохой, крылатый

Дружно стреляли пробки, и шипящие струи игристого напитка наполняли и наполняли бокалы. И уже третий раз Оранта буквально выхватывала из рук Анны жениха и уводила танцевать.

Ригг беспомощно оглянулся. Но коронесса, смеясь, положила его руку на свою талию:

— Не ревнуйте, моя милая, он достанется вам на всю оставшуюся жизнь, а мне — всего лишь на этот танец.

И слуги снова подлили в бокал Ригго шипучее Пелеславское.

— Ревнуйте, ревнуйте, моя милая, — прозвучал у Анны над ухом знакомый голос и сьер Бриар протянул Анне бокал.

— Я не буду, — мягко отказалась Анна.

— Конечно, будете. Когда же ещё, если не сейчас. Кто знает, сколько таких весёлых вечеров осталось у вас до свадьбы. Один? Два? Или ни одного? А там будете беременеть, кормить дитя, опять беременеть. И так всю жизнь, не до глупых маленьких удовольствий.

— Сегодня все словно сговорились говорить мне гадости, — фыркнула она, но бокал всё же взяла.

— Ничто так не помогает от дурного настроения чем лекарство, что вы держите в руке, — легонько подтолкнул он бокал за донышко.

Она глотнула. Сладко. И пузыри слегка пощипывали во рту.

— Его производят в Пелеславии по старинным рецептам более двухсот лет.

— Вкусно, — сделала ещё глоток Анна. — Жаль, что я так плохо знакома с традициями родной страны.

— Вы были слишком малы, чтобы отец успел рассказать вам о напитках, — улыбнулся Бесс. Его зубы так ярко и так красиво блеснули в темноте. И он стоял так близко, что Анна чувствовала, как от него пахнет.

"И наверно, длилось всё это не дольше секунды, но, когда он коснулся её руки, чтобы поправить бокал, что она чуть не выронила, Анне показалось, что прошла вечность.

Стыдясь поднять на него глаза, она отпрянула и выпила залпом содержимое бокала.

— Вот это правильно, — не глядя бросил он пустой бокал куда-то за спину и протянул руку. — Потанцуете со мной?

— Анна, — раскрасневшийся от быстрого танца и игристого подошёл Ригг в тот момент, когда Анна, соглашаясь, уже вложила свою руку в руку Бесса.