Чужое зверье

 – Содействовать поимке немецких агентов – это прямая обязанность каждого советского гражданина. Так что хватит торговаться, ничего больше не получишь. Все, иди, не мешай работать.

– Ну как скажете, – Уханчук поскучнел на глазах и заторопился к двери, разочарованный пустой затеей заполучить что-нибудь у лейтенанта.

Как вдруг младший лейтенант Савельев подал голос со своего места:

– А вы любите пряники, Уханчук?

Тот так и засветился от радости урвать пряников:

– Кто ж их не любит, гра… ааа… товарищ младший лейтенант.

– У меня в вещмешке есть целых полкило, но вы их получите, когда не листовку нам принесете, а информацию. Достоверную и полную, кто распространяет среди курсантов листовки. Кто этот человек, как он выглядит и где хранит прокламации. Узнаете – пряники ваши.

Уханчук почесал в затылке, но все же довольно хмыкнул:

– Ишь, какой хитрован. Ну ладно, я до сладкого падкий, порыщу у казармы, может, узнаю, чего тебе, гражданин товарищ лейтенант.

С этими словами Уханчук исчез за дверью.

– Ну ты даешь, «Голова», в пять минут завербовал этого урку. Молодец, соображаешь в работе нашей. Только, думаю, пряники твои нам не помогут, я третий месяц над этими листовками бьюсь.

– Дай-ка вторую посмотреть, – Алексей забрал порванный листок бумаги, что принес Уханчук, и принялся его тоже внимательно изучать. Хотя текст на листовках отличался, шрифт был похож, бледно-серый, с кривыми строчками, и еще одна особенность бросилась в глаза парню…

– Смотри, – он указал товарищу на буквы «т» на всех агитках, видишь, палка верхняя расплывчатая и жирная везде.

– Бумага разная, – ощупывая листовку, с сомнением сказал Горченко.

– Разная, – согласился Савельев. – Какую дадут, с самолета скинут или через агента переправят, на той и печатают, а шрифты у печатной машины одни и те же, с этой расплывшейся «т»! Их печатают в одном и том же месте, в подпольной типографии!

– Ну не знаю, это же целая печатная машина нужна, – удивился «Гора».

– А у тебя какой план, что будешь докладывать командиру утром? – любопытный Савельев уже читал список украденного, который оставил на столе капитан Потапов.