Чужак из ниоткуда

Но защитник — это был Лёзя — не послушал и решил отбить мяч головой сам. В результате столкнулся со мной, когда я уже был в воздухе, не дал дотянуться до мяча и сам промахнулся.

А соперник оказался тут как тут.

Удар — мяч в сетке.

Не попасть по пустым воротам из штрафной площадки трудно. Вот он и попал.

— Лёзя, если я кричу «играю!» — это значит, что играет вратарь и не хер ему мешать, — высказал я тёзке. — Чего ты полез?

Лёзя молча ожёг меня взглядом и потрусил из штрафной.

Ладно, играем дальше.

Второй мы пропустили уже почти в самом конце первого тайма, когда игра, казалось, более-менее наладилась, и нам даже удалось создать у ворот соперника пару-тройку опасных моментов.

Говорю «мы», потому что пропустили с пенальти. В цвинте тоже есть аналог пенальти, только бьют не одиннадцати метров, а с девяти. В любом случае — это расстрел вратаря.

Поэтому в пропущенном с пенальти мяче голкипер считается не виноватым по умолчанию."

"Взять пенальти можно, если угадать направление удара или войти в режим орно.

Но земляне-то про орно ничего не знают, верно?

Поэтому я вошёл в орно перед ударом. Но всё равно не помогло. Удар был сильный, мяч лёг точно под перекладину в верхний левый от меня угол ворот.

В «девятку», как здесь говорят.

Мне элементарно не хватило роста.

Нет, я мог, конечно, переместиться в левую часть ворот и отбить. Но со стороны это бы выглядело, словно вратарь исчез на долю секунды и снова возник, словно из ниоткуда, в нужном месте.

Поэтому я прыгнул за мячом, но не достал. Хотя кончиками пальцев коснулся, и это все видели. Видели и оценили.

Ноль-два.

С этим счётом мы ушли на перерыв.

Расселись за бровкой поля у забора. Кто-то пил воду, кто-то тяжело дышал, приходя в себя, кто-то просто сидел, отдыхая.

— Плохо, — сказал Король. — Проигрываем. Они быстрее. А у нас физика проседает. Говорил я, нужно больше тренироваться и поменьше бухать. Вот и результат. Поднажмите, мужики, иначе проиграем. Через «не могу». Первый матч важен, не мне вам говорить.

— Все матчи важны, — пробормотал Юра Юрасов, вытирая рукавом футболки обильный пот со лба.

Остальные молчали.

— Можно сказать? — попросил я.

— Скажи, если есть что, — разрешил капитан.