Чужая женщина

Мужики всегда смеялись, намекая на размер мужского достоинства друга:

– Антох, не боишься девок своим агрегатом задушить?

На что он всегда отшучивался:

– Не задушить боюсь, а порвать!

Руслан тряхнул головой. Верить в то, что его друг играл на два поля, как сейчас говорят, верить не хотелось, даже после увиденного!

У Руслана взяли показания там же, в квартире друга, записали его данные, номер телефона, предупредили, чтобы не уезжал из города, и отпустили домой.

– Эх, Тоха, Тоха…

Из задумчивости Руслана вывел звук открывающейся двери и голос жены:

– Рус, я дома!

Руслан пошел в прихожую встречать Ирину.

***

Ирина заехала во двор, попутно отметив, что у сына во дворе опять полно машин.

– Да когда ж ты, сыночка, уже нагуляешься то? Вот ведь только вчера же тебя, балбеса, в больницу возила! – усмехнулась она и вышла из машины. Взяла с заднего сиденья машины пакет с вином и деликатесами и вошла в дом.

– Рус, я дома! – объявила с порога.

Муж вышел её встречать, наклонился, дежурно чмокнул в щеку и пошел на кухню.

Ирина вздохнула, сняла туфли и прошла за мужем, пытаясь понять, что происходит. Уйти от мужа сейчас, являясь теперь уже хозяйкой двух фитнес центров, Ирина не боялась.

""Может, и правда, подать на развод? Сколько ж можно терпеть то уже?"" – мелькнула у неё мысль при взгляде на мужа. Глаз на неё не поднимает, руки трясутся, виски хлещет.

– Рус, что случилось? – спросила она максимально нейтрально.

Руслан поставил пакет на кухонный стол, налил виски в два стакана, один оставил себе, второй поставил перед ней и вдруг сказал:

– Присядь, – кивнул он на высокий стул у барной стойки.

"Ирина взяла стакан и послушно опустилась на стул, силясь угадать, что бы всё это значило. Она не любила эти барные стойки и высокие стулья. Может, где-нибудь в настоящем баре они и были уместны, но не дома, не на домашней кухне. Но это была дань моде и дизайнер уговорил их сделать кухню с такой стойкой.