Чужая земля

— А как быть с тем — продолжил Джафар — что одному из амиров, который на самом деле не амир, а шакал, забывший имя, данное отцом и взявший имя Абу-Идрис — как быть с тем, что вы посулили ему несколько миллионов из тех денег, которыми набиты ваши карманы — за то, что он убьет меня и членов Шуры?

Джеффрис лишился дара речи. В сущности — суд был не более чем спектаклем, идиотским спектаклем для дикарей, которые не признавали цивилизованных методов переговоров и достижения договоренностей. Орден был отнюдь не беспристрастен, ему нужно было, чтобы давление на границы русских не только продолжалось, но и нарастало.

Джафар и люди Шуры, созданного чеченскими, узбекскими и другими полевыми командирами Совета управления — мешали этому, значит, суд должен был стать последним им предупреждением и подтверждением неправильности их действий. Но Джафар — все перевернул с ног на голову.

Дело в том, что это не шейх и не местные боевики посулили миллионы за уничтожение Джафара и людей Шуры.

Это Орден — вышел на людей, имеющих с ним общие дела по наркотикам в Имамате, а через них — уже на Шамиля, то есть — на Абу-Идриса. И если Джафар уже знает об этом — значит, дело провалено, а людей Ордена там, на территории Имамата — может ждать беда…

А то, что Джафар говорит об этом здесь, и сейчас — это вызов. Вызов, который он не может принять.

— Стороны сказали? — осведомился Джеффрис.

Шейх хотел что-то сказать… как вдруг они увидели летящий комок огня… величиной больше футбольного мяса, он летел по прямой траектории, чуть рыская.

И долетев до нужного здания — взорвался…

— Что это? — резко спросил Джеффрис.

— Это всего лишь снайпер — сказал Джафар — кого-то из нас он намеревался убить. Интересно только — кого?

Младший помощник Джеффриса по фамилии Чон, давно забывший свои корни американский кореец нервно сглотнул слюну. В той жизни — он был специалистам по рискованным инвестициям, маленько пошалил с деньгами своего фонда… так делали многие, но на сей раз в фонде оказались деньги мексиканских наркокартелей.

Понимая, что выбирать приходится между смертью быстрой и смертью мучительной — он согласился на диковатое предложение капитально сменить место жительства — и оказался здесь. Орден привлекли его ползнания как специалиста в международном инвестиционном банкинге — в конце концов, полученные здесь деньги тоже кто-то должен отмывать.