Чужая земля

Машина остановилась у небольшого, двухэтажного дома — другой стороной он выходил на улицу, и там был духан, лавка — а здесь принимали товар, на первом этаже продавали и хранили, на втором — жили. Сейчас — на втором этаже горело только одно окно.

Открыли двери, из машины вылезли двое, оба — в черных масках с зелеными повязками, в военной форме и с автоматами Калашникова. Типичные хезбаллаховцы. Водитель машины остался за рулем…

Навстречу им вышел бородатый, лет сорока человек, без видимого оружия. Он поочередно обнялся с каждым из приехавших.

— Ну? — спросил он по-русски.

— Хвала Аллаху, он там. Аллах отдает его в наши руки.

— Ты сам видел его?

— Брат видел.

Бородатый повернулся ко второму.

— Аллах свидетель, я видел его точно так же, как вижу сейчас тебя.

Бородатый — в раздумье почесал бороду.

— Сколько он там будет?

— Неизвестно. Он очень осторожен. Думаю, два, три часа…

— Хорошо. Подожди меня здесь, брат…

Говорили по-русски. Для здешних мест это было несколько непривычно — но многие из палестинцев русским языком владели.

Бородатый зашел в дом. Там, у замаскированной бойницы, через которую простреливался весь дворик — на коленях стоял человек с новеньким BHI PKM[97] — как укороченный румынский ПКМ, только полегче и качеством не сравнить. Еще двое, с автоматами Калашникова были по углам комнаты. Лиц ни у кого не было видно — замотаны шемахами, на головах чалмы.

— Джафар здесь — коротко сказал бородатый — вылез из норы, с….а."

"— Бабушка надвое сказала… — неверяще сказал один из автоматчиков — ты веришь этому душку?

— Я никому не верю.

Бородатый достал нож, поддел лезвием полотно половой доски, та отскочила, открыв тайник. Из тайника — он достал длинный, в метр сверток из грубой, защитного цвета парусины. Сверток скрывал что-то типа большого ящика, у него были лямки, чтобы носить его либо в руках, либо за спиной, надев как рюкзак за спину…

Один из автоматчиков достал рацию.

— Гюрза-три, я Гюрза-один, как принимаешь?

— Гюрза-один, я Гюрза-три, слышимость хорошая. Подарки доставил. Нахожусь на позиции два, в готовности.

— Гюрза-три, тебя понял. Начинаем концерт. Будь наготове.

— Гюрза-один, тебя понял. Мы ждем.

— Гюрза-три, отбой…

Бородатый вопросительно взглянул на автоматчика. Тот — поднял большой палец.

Вчетвером — бородач с большим свертком, пулеметчик и два автоматчика — вышли во двор.