Чужая свадьба

— Эллиот, — вырвалось у нее с безнадежным вздохом.

— Это правда. Я люблю тебя. Полюбил тебя, как только увидел твою улыбку. Пожалуйста, Летти, посмотри на меня. Она открыла глаза и увидела, что он говорит искренне.

— Я люблю тебя, Летти. Я не хочу жить без тебя.

— Как ты можешь любить меня? — спросила она, заставляя себя сказать то, что убьет нежность в его глазах. — Ты меня совсем не знаешь. Ты знаешь леди Агату, придуманный персонаж, роль, которую я играла.

Он покачал головой, делая возражение мягким, но уверенным.

— Я влюбился не в персонаж, не в титул, не в профессию. Я влюбился в тебя не из-за твоего прошлого или вопреки ему. Я люблю тебя за глубину твоих чувств и страстность, за то, что, когда я вижу свое отражение в твоих глазах, я становлюсь лучше, чем я есть. Я люблю тебя за твой искренний смех. За то, что ты ввела в гостиную дворняжку так, словно это был принц, и за то, что подарила его. Я люблю тебя, Летти.

— Нет. — Чем больше ей хотелось верить ему, тем сильнее она сопротивлялась.

Он должен был выбрать кого-то из своего класса, женщину, которая была бы настолько же настоящей леди, насколько истинным джентльменом был он сам. И он так и сделает. — Ты поедешь в Лондон, станешь бароном, встретишь какую-нибудь хорошую красивую леди, которой ты сможешь гордиться, которая будет равной тебе по рождению и знатности.

— Нет, — печально сказал он, — не будет этого. Она расхохоталась — натужно, страшно.

— Будет, увидишь. Это только кажется… только сейчас тебе так кажется.

Ты ведь смирился с замужеством Кэтрин. А вы живете в одном городе. А нам не придется встречаться, чтобы напоминать нам… тебе о прошлом. Лондон так велик.

Его глаза, казавшиеся огненными колодцами, пронзали ее.

— Ты не Кэтрин. Это совсем другое. Я обещаю тебе, что, если ты мне откажешь, во всем мире не найдется такого большого города, где мы могли бы скрыться друг от друга. Весь наш остров будет слишком мал.

— Эллиот…

— Замолчи, пожалуйста, — хрипло произнес он. — Если ты чувствуешь, что не можешь выйти за меня, то не надо никаких объяснений.

Непроницаемая маска легла на его лицо, но она успела увидеть, какую глубокую рану нанесла ему. Она не могла позволить ему думать, что он полюбил ее безответно, не могла даже ради спасения собственной души.

— Эллиот, я люблю тебя.

Маска спала с его лица. Глаза вспыхнули.

— Тогда выходи за меня. Или скажи, что не любишь.

— Я не могу.

— Послушай, Летти. Я не хочу галантных сдержанных отношений.