Чума на его голову (СИ)

– Поэтому поехали-ка к родителям. Думаю, они заждались.

– А что, если мы... – в задумчивости прикусила губу, хитро поглядывая в сияющие искорками серые глаза, но Демид решительно подтолкнул меня к шкафу.

– Если мы останемся здесь еще хоть немного дольше, то ясно, чем дело кончится. Поэтому собирай все, что тебе нужно, и вперед. Остальное обсудим у родителей. Да и мне там будет легче к тебе не прикасаться.

– Ну-ну, – одарила его весьма соблазнительной улыбкой.

Но когда бы мой мужчина отказывался от своих слов?

Никогда.

– Попью водички, – озвучил порыв. – Принцесса, ты искусительница. Это самое подходящее для тебя слово. Я, наверно, дал маху, когда позволил тебе повзрослеть.

– Уверен, что маленькая девочка пришлась бы тебе больше по душе? – подмигнула, хитро прищурившись.

На что услышала настоящий голодный рык:

– Поторопись, родная! Мое самообладание имеет границы!

Глава 20

У Гадаровых встретил настолько теплый и душевный прием, что я нереально растрогалась и только успевала хлопать ресницами, чтобы прогнать накатившую вдруг плаксивость.

Демид же только посмеивался, когда Людмила то и дело гладила меня по руке или чмокала в щеку. Будто не верила своим глазам, что я рядом, и со мной все в порядке.

В голове даже проскочила мысль, что мне не стоило отсюда уезжать.

– Теперь-то ты раскроешь нам эту интригующую историю с Черновым, сынок? – не удержавшись, решительно поинтересовалась Людмила у своего первенца, когда мы закончили ужин и перебрались на диваны в гостиную. – Мы же были уверены, что все эти угрозы – обычный скандал, который раздувает очередной преступник. Но Артем признался, что имели место и телефонные звонки, и анонимки под дверь, о которых ты умолчал.

– Она сама себя лихо защитила, – Демид подмигнул, увидев мою улыбку. – И, кажется, очень собой довольна. Нет, вы только посмотрите на нее, кажется, эта девчонка просто обожает ввязываться в драки.

– Что ты такое говоришь?! – возмутилась Людмила, всплеснув руками. – Сашуля у нас нежная и скромная девочка.

– Я говорю совершенно серьезно.