Чудовище Карнохельма

Вместо него на снегу остался Рагнвальд — взбешенный, злой Рагнвальд! Он окинул гору быстрым взглядом и, схватив меня за руку, потащил к черным камням.

— Проклятая тварь! Бежим! Скорее!

— Что… что случилось?

— Дикая стая! Проклятый хёгг позвал свою стаю!

— И что?

Я неслась за ильхом, путаясь в подоле, задыхаясь и плохо понимая, что происходит. Стая Льда? У него есть стая?

Рагнвальд, не отвечая, впихнул меня в темный лаз. Обернувшись, я успела увидеть огромные крылатые силуэты, почти закрывшие небо.

— Это снежные хёгги?

— Дикие хёгги! Свободные! И как всегда — голодные! Тише.

— Сколько их?

Много! Но как же…

Рагнвальд закрыл мне рот ладонью и крепко прижал к себе. Узкая темная трещина в камнях закрывала нас по бокам, но позволяла видеть краешек неба.

— Не шевелись, — едва слышно произнес ильх. Его горячее дыхание опалило мне висок.

Я застыла. И непроизвольно вздрогнула, когда скалы содрогнулись от рева хёггов. Жуткое эхо прокатилось вдоль камней, ударило в уши.

Захотелось зажмуриться, но я стояла, широко открыв глаза и всматриваясь в узкий просвет. Каждый миг свет солнца закрывали хёгги, скользящие над нами. Длинные силуэты драконов парили в вышине, а внизу скользили их тени. Рагнвальд стоял неподвижно, по-прежнему закрывая мне рот и грея своим телом. Сам он почти впечатался в камень за спиной. И почему-то вдруг стало неважно, что совсем рядом стая диких драконов. Я чувствовала дыхание мужчины и его тепло. Шершавую кожу пальцев. Напряженные, готовые к сражению мышцы. Кончик белой косички, упавшей мне на шею и щекочущий кожу. И то, как дыхание ильха изменилось. Сорвалось на миг, а потом стало тяжелее и медленнее. И ладонь у моих губ тоже потяжелела. Рагнвальд наклонил голову, теплое дыхание лизнуло мне ресницы. Щеку. Качнулась у глаз белая косичка.

Кажется, я даже дышать перестала…

А потом ильх резко убрал руку и оттолкнул меня.

— Они улетели. Нам надо убираться отсюда.

Закусив губу, я вылезла из каменного убежища.

Вершина и правда была пустынной, останки волка тоже исчезли.

— Почему они прилетели?

— Потому что эта проклятая тварь их позвала, — процедил Рагнвальд. Коснулся рукой черного обруча на шее, словно тот его душил. — Их позвал хёгг.

— Лёд? — подняла я брови.

— Ты дала ему имя? Этой твари! — яростно выдохнул Рагнвальд. — Не смей давать хёггу имя, поняла?"

"— Но он теперь часть тебя, разве нет?

— Нет! Не смей говорить о нем!

Я моргнула.