Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона (СИ)

Откуда бы горничной, безвылазно находящейся в последние дни в поместье, раздобыть части такого сложного и дорогостоящего артефакта? Да и отравленные тарталетки явно не она сама испекла."

"– А почему именно в последние дни? – тут уже я не сразу сообразила.

– Потому что, до появления Эйдериана в моём доме, запасаться тем, что нужно для взрыва, не было смысла. Да и раньше, чем была предпринята попытка отравления – тоже. Не было у Пумелы такой возможности, за ней точно кто-то стоит. И я очень надеюсь, что Мэду удастся узнать имена её сообщников.

– Возможно, Пумела – потомок одного из сыновей твоего отца, – я решила, что это Эйдер тоже должен знать. – Или верит в это. И это объясняет, почему в тарталетках была малина, которую Бранду есть нельзя.

– Если она уверена, что является потомком одного из моих бескрылых сыновей, то Брандерон для неё, или для её сообщников, «свой», – подхватил мою мысль лорд Корбед.

И дракон тяжело вздохнул.

– Вандерик, – имя лорда Корбеда срывалось с моих губ всё легче. – А это возможно – проверить, является ли твоим потомком именно Пумела?

– Возможно.

– А мы что будем теперь делать? – спросил Эйдер. – У меня теперь будет другая комната?

– До тех пор, пока не сделают ремонт в твоих комнатах, придётся пожить в какой-нибудь другой, – кивнул дракон. – Мне жаль, но все твои вещи уничтожены огнём.

– Я не успел ни к чему привыкнуть, – дёрнул плечом Эйдер, явно храбрясь. – Только рогатку жалко, мне её Вуст проспорил.

– Мы купим всё новое, – попытался приободрить его герцог. – Но, в любом случае, ближайшие дни вам всем придётся пожить здесь. Извини. Я прикажу принести диваны побольше…

– Да и так нормально, – пожал плечами мальчик. – Эта кушетка уж точно получше лавки, на которой я спал в последние годы. И в десять раз мягче.

– Ты спал на лавке? – сдавленным голосом переспросил дракон.