Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона (СИ)

И если есть сейчас, значит, где-то в предках был дракон, и скорее всего, не один. В общем, постепенно среди людей и оборотней становилось всё больше тех, в чьих жилах текла кровь драконов, ничем себя не проявляя. До поры, до времени. Пока не стали появляться мальчики-драконы.

– И наш род получил шанс на возрождение, – догадался лорд Корбед. – Именно тогда и произошла ассимиляция?

– А что это такое? – вновь услышав непонятное слово, спросила я.

Глава 19. Признание.

День тринадцатый

– Это… – архивариус с сомнение посмотрел на меня.

– Драконы стали жить не обособленно, а среди остальных рас, – пояснил лорд Корбед.

– Да-да, так нормально, – закивал старый дракон. – Научная формулировка слишком закручена, да ещё и не ясно толком, кто именно ассимилировался в итоге. Территориально – да, драконы, но если взять обычаи, магию, язык… С другой стороны – и сами мы многое переняли, хотя и это спорно…

– Лорд Питаэл, – окликнул герцог бормочущего старика.

– А? – вскинул тот глаза.

– Не путайте мне девочку, пожалуйста. Драконы поселились среди людей и оборотней – этого достаточно.

– Достаточно, да, – согласился лорд Питаэл. – Потом они объединили разрозненные племена, присоединили новые земли, создали империю… Но это для нашего сегодняшнего разговора роли не играет. Важно другое – наконец-то долгожданное чудо свершилось. Перед нами – юная драконочка! Подумать только! Я уж и не верил, что когда-нибудь доживу до чего-то подобного, а уж увидеть воочию!.

И меня вдруг – ну, очень вовремя! – накрыло осознанием того, кем я являюсь. Я, наконец-то, поверила. И растерялась – а что дальше? Вот она я – ушастое чудо, прежде невиданное, теперь… да тоже никем из живущих невиданное, кроме как на картинке, да и то – кто её видел-то? Но если подумать – я точно такая же, как Эйдер. Крылатое – в будущем, но всё же! – дитя дракона.

Таких детей отцы забирают к себе, а перед этим – содержат так, что некоторые всей огромной семьёй на эти деньги жить умудряются.

Только капелька блестящая, что всегда у меня на шее висит, а сейчас магией скрыта, как и вся моя одежда, и осталась. Её мама не продала почему-то.