Чудо-чадо и чудовище

 Кому подарки?

– Дмитрий –

– Дим Димыч, а ты с ко–ман–ди–ровки один приехал? – спрашивает Марина, по слогам выговаривая, видимо, сложное для нее слово.

– Один конечно, – удивленно смотрю на нее в панорамное зеркало. – Или надо было кого–то взять с собой?

– Неа, – машет косичками из стороны в сторону, а сама с любопытством косится на сиденье рядом.

А–а, там же подарки, я совсем забыл!

– Марина боялась, что ты найдешь себе красавицу, – поясняет Лена.

– Да ну? Марина, зачем мне еще какие–то красавицы? У меня мама твоя есть.

– И я?

– И ты, конечно. Кстати, там вам подарки.

– Нам? Подарки? – театрально удивляется девчонка, как будто не заметила две расписные коробки разного размера.

– Там рядом с тобой коробки – большая маме, поменьше тебе. Открывай.

– Ух ты–ы! – пища от предвкушения, шуршит ленточками девочка. – Что же там тако–ое? – нараспев приговаривает.

Я уже подъехал к кафе, припарковался и заглушил мотор, а теперь мы с Леной, отстегнувшись, обернулись назад, почти соприкоснувшись лбами, и наблюдаем, как ловко разворачивает подарок Маришка.

Лента с коробки слетает мгновенно. Маришка держит в руках большую, красочно иллюстрированную книгу.

– Ва–а–у! – широко распахнутые глазенки горят неописуемым восторгом. – Какая красивая! Это мне? А что здесь написано? Я сама!  А–ле–нь–ки–й цве–то–чек, – читает по слогам, ведя пальчиком по буквам. – Аленький цветочек!

– Точно. Аленький цветочек.

Открывает ее на первой странице, осторожно листает дальше.

– Ух ты–ы! Как краси–иво!

– Это тебе. Будете с мамой читать на ночь. Нравится?

– Очень! Я мультик смотрела. Там чудовище есть и он чуть не умер, когда не дождался свою любимую. А потом она поцеловала его, и он превратился в прекрасного принца.

– Верно.

– Мама, а у тебя что?

Лена, до этого с любопытством наблюдавшая за дочкой, взялась за свой подарок. Поставила коробку на колени, подняла вверх крышку. Боковые стенки упали в разные стороны.

– Мама, у тебя тоже аленький цветочек! Самый настоящий!

Если бы мы сейчас были в людном месте, у народа уши бы заложило от Маринкиного восхищения. Я же оглох секунд на десять точно.

– Ух ты, какая красота! – Лена медленно крутит розу, разглядывая цветок под стеклом. – Она живая? – поднимает на меня полные восхищения синие–синие как небо глаза.

– Живая. И вечная.