Чудесный сад жены-попаданки

Кроме памятного ножа для бумаг и ножниц, в спальне ничего не было — нож, которым я ловко орудовала в саду, хранился там же в сарайчике.

— С другой стороны, ничего опасного там быть не должно, — сказала я себе. — А если что-то и будет, сразу же поверну назад.

Сборы были окончены. Я взяла свечу, помедлила у закрытой двери, не столько прислушиваясь к происходящему за ней, сколько сомневаясь: мне точно это надо? И всё-таки отправилась в кабинет.

За время моего отсутствия ничего не изменилось, только свечи в шандале оплавились сильнее.

Я уверенно вытащила нужную книгу, ещё раз проверила, что потайной механизм исправен, и, прикусив губу, заперла кабинет изнутри. Закрывать ход за собой показалось мне рискованным: вдруг с той стороны его не получится открыть? Однако того, чтобы без меня кто-то вошёл и узнал очередную тайну Колдшира, тоже не хотелось.

Закончив с этим, я внимательно изучила площадку, откуда начиналась лестница, и обнаружила, что один из камней светлее других.

«Наверное, он открывает выход изнутри», — догадалась я, однако на эксперимент не решилась.

Вот расскажу завтра Райли, и вместе проверим, так это или нет.

Итак, с подготовкой было покончено, и я замерла на пороге тайны. Вновь мелькнула мысль про слабоумие и отвагу, однако вместо того, чтобы прислушаться к ней, я подняла свечу повыше и шагнула на первую из уходивших вниз ступенек.

Здесь царствовали темнота и сырость. Дышать стоячим воздухом было не особенно приятно, холод от сотни лет не знавших солнца камней так и норовил пробраться под одежду.

В остальном же ход не представлял из себя чего-то особенного: просто узкая винтовая лестница.

«Надо было считать ступени, — думала я. — Интересно, я уже спустилась на уровень холла?»

К сожалению, понять это было невозможно. И я шла, шла, шла, казалось, бесконечно долго, пока лестница наконец не закончилась и передо мной не открылся чёрный зев туннеля. В принципе, отсюда можно было и повернуть назад: всей этой конструкции явно не одно столетие, и шансы попасть под обвал или упереться в тупик имелись неиллюзорные.

Однако я проверила, что спички всё ещё со мной, и с несколько наигранной уверенностью двинулась вперёд.

О том, как быть, если ход начнёт раздваиваться, я подумала уже задним числом и пожалела, что у меня с собой нет ни мотка ниток, ни мела.

«Будем надеяться, здесь не катакомбы, а обычный чёрный ход, — думала я, с осторожностью шагая по каменному полу. — Просто очень-очень чёрный».

На моё счастье, так оно, похоже, и было.