Что-то между нами

Я отрываюсь от приготовления ужина и чуть приподнимаю брови:

– А?

– На каждой твоей фотографии либо ребенок, либо мать с коляской.

Вытираю грязные руки полотенцем. Подхожу к стоящему перед ним ноутбуку:

– И правда. Увлеклась. Но не переживай, скоро я опять переключусь на тебя. – Пытаюсь свести все к шутке.

– Прекрати!

– Что именно?

– Делать вид, будто ничего не случилось!

– Я не делаю вид. Я просто пытаюсь двигаться дальше.

– Не выходит. Разве ты не видишь? У нас ни черта не выходит!

– Роберт, чего ты от меня хочешь?

– Я не знаю! Накричи на меня.

– Но это же ты уходишь… – растерянно шепчу я.

– Я две недели живу с тобой, а ты даже не замечаешь этого.

– А?

– Говорю, я к тебе съехал еще две недели назад.

– Ты ушел от жены?

– Разве не это я сказал?

– Ко мне? В смысле… У тебя ко мне серьёзно?

– Я дурак, да? Думал, это очевидно."

"Отчаянно воняет горелым. Я растерянно оборачиваюсь. Выключаю газ.

– Прости меня.

– За что?

– Если бы я сказал это раньше…

– Замолчи! – слишком больно. – Не надо вот это «если». Терпеть этого не могу.

– Ладно. – Воинов встает, сгребает меня в объятья и что есть силы вжимает в себя. Он похудел за последний месяц и здорово осунулся. Боже… И он ушел от жены! Из-за меня. – Тогда хотя бы скажи, что ты меня не ненавидишь. Потому что я… Не могу с этим жить.

– Ну конечно, я тебя не ненавижу! – вжимаюсь лбом в его плечо, закусываю губы: – А ты? Не ненавидишь меня за то, что я сделала?

– Дурочка.

– С ума по мне сходишь, – шепчу, слизывая непонятно откуда взявшиеся слезы.

– Я люблю. Я очень-очень тебя люблю.

ГЛАВА 27

ГЛАВА 27

Я думал, это поможет. Как-то нас спасет. Ее спасет – в первую очередь. Я ведь видел, что с ней происходило, как бы Эмилия это не отрицала. Но у меня ни черта не вышло. Не зря же она стала пропадать. На два, три, четыре дня… На неделю. Нет, конечно, я всегда знал, где девчонка находится. Эмилия звонила или писала, сообщая, куда подалась, чтобы не волновать меня.

А я терпеливо ждал. Когда она переболеет и вернется.