ЧОП «Заря». Книга третья

Сняли трехкомнатную квартиру на четвертом этаже доходного дома, так чтобы и с улицы не пахло, но и в меру дорого. Так чтобы соседи оказались приличными семейными людьми из мелких чиновников, а не гуляющая молодежь.

Дом с привратником, чистой парадной лестницей, водопроводом, центральным отоплением и электричеством. Правда, обещанное владельцем: «ночью светло, как днем» оказалось одной лампочкой в гостиной по моим прикидкам ватт на сорок. А вода в кране пахла тиной и, текла, похоже, прямо из Москвы реки.

Вместо унитаза и биде предлагался горшок с кувшином, а содержимое приходилось выкидывать на лестнице в трубу, напоминающую мусоропровод. И попахивающую соответственно. Куда все это сваливалось, даже думать не хотелось. Но именно из-за этого высота этажа считалась преимуществом.

На мое тихое и очень аккуратное замечание, что могло бы быть и получше, Стеча — знаток столицы авторитетно заявил, что лучше не бывает.

Гостиную мы превратили во временный склад и оружейно-столярно-ткацкую мастерскую — почистить, подремонтировать, зашить и получить все прочие радости «комбината бытового обслуживания» с его бессменным директором — Захаром.

Ночевал «директор» там же, Гидеон занял кухню, планируя собрать там мини-бар, спальню отдали Банши, а мы со Стечей заняли не то детскую, не то комнату прислуги."

"После того как разместились, Гидеон отправил всех в городскую баню, а меня еще и в магазин готового платья. Сказал, что в таком виде, как мы сейчас, в Ордене появляться нельзя.

Не поймут. Захар скрипел, рука дрожала, но деньги выдал. Еще подкинул мне на патроны для «Задиры», а после этого лавочку прикрыл. И взял с нас обещание, что первый гонорар мы целиком отдадим на ремонт дома.

* * *Орден внушал. Не Москва-Сити, конечно, с его соткой этажей. Здесь их было всего три, но зато таких, что любая филармония обзавидуется. В том мире таких зданий в Москве не было — этакий готический пришелец из европейского средневековья.

Арки, круги, огромные витражи со сценами жизни Ордена и две башни по бокам, с которых можно было увидеть большую часть города. Ко входным трехметровым дверям вела широкая каменная лестница, где спокойно могло десять человек пройти строем, а охраняло их сразу четверо вояк в черных шинелях. А над ними выбитая в мраморе табличка: «Российский Императорский Орден борьбы с нечистью и прочей тварью».