ЧОП «Заря». Книга третья

Двух уличных музыкантов-попрошаек, побиравшихся на углу площади.

Я был как бы с ними. Отвечал за облезлую шапку, таскаясь с ней по площади и выпрашивая копеечку. Маскировка моя мне нравилась, но с запахом действительно перебор. Может, и денег бы больше заработал, если бы люди от меня не шарахались.

Чуть сдвинул Гидеона, открыв вид на главное здание Ордена. Там как раз остановилась карета, и два одаренных шустро почесали по лестнице. Эх, не та аура. Опять не та.

Ни одной из известных мне оскверненных «змеек» за последние две недели в Ордене не появлялось.

Для удобства я присвоил им названия по цветам: «желтые» — два слабых подпевалы из Степановки, «оранжевый» — след в зеркалах и вторая роль в издевательствах над Машей, «красный» — вероятный главарь и убийца моих родителей.

Этот факт подтвердился по остаточным воспоминаниям случайно найденного в развалинах фобоса, не пережившего ту ночь.

Отца так же «накачали», заманив в ловушку и перебив всю команду, включая и его жену. Это потом уже в нем все «рвануло», уничтожив признаки внешнего вмешательства и создав версию, которая всех устроила и пошла в массы.

Мнемоник — психанул."

"Со мной подобное не должно повториться. Я не Маша, верящая в добрых людей, а врасплох, как отца, меня уже не застать. Плюс Ларс с Харми уже неделю разрабатывали варианты защиты. Вот только проверить было не на ком.

С турниром мы пролетели. А вместе с ним и с торжественной церемонией высшей лиги, и императорским балом, где я собирался отследить своих врагов.

Хаос в музее сработал сильно в минус, находка черноглили баланс выровняла и по очкам, и по финансам. Но потом появился премьер-министр, и ЧОП «Заря» со свистом пробили дно дна черного списка. Официально работать мы могли — лицензия, разрешения и вся прочая бюрократия была в норме. Но по факту окошко с выдачей заказов, как по волшебству, всегда было закрыто на перерыв, инвентаризацию, карантин и перекур, стоило к нему подойти.

И, даже, подкараулив и поймав клерка, тот превращался в рыбку: беззвучно чавкал и хлопал глазами.

Потом слышал беззвучный, но очень важный звонок-вызов и пытался смыться. Когда не помогало — Стечу порой не просто обойти, у клерка обычно начинался сердечный приступ с хватанием за сердце и закатыванием глаз.

Бодаться было бесполезно. От нас шарахались охотники, бегали клерки и даже Прокофий с Алефтиной (те, кто нам симпатизировал) лишь грустно разводили руками. Но хоть обещали принимать трофеи, пусть и с комиссией.