Чисто семейное дело

И это за день до официального объявления о свадьбе!

«Я убью себя», — неожиданно мелькнула спасительная мысль, и девушка почувствовала облегчение — значит, так угодно Богу, чтобы их род перестал существовать, видимо, число грехов Эдельбергов переполнило чашу его терпения.

Она с трудом поднялась со стула и медленно направилась к выходу. В этот момент кто-то осторожно взял ее за локоть. Марго испуганно обернулась. Перед ней стоял невысокий молодой араб, лет двадцати двух, с приятным открытым лицом.

— У вас неприятности? — мягко спросил он по-английски.

Маргарита смутилась. Рассказывать первому встречному о своем позоре? До такого она не опустится.

— Нет, у меня немного разболелась голова, я еду домой.

— Если вы нездоровы, позвольте мне помочь вам, отвезти самому или вызвать такси.

— Не надо, благодарю. Я справлюсь, — она шагнула к дверям.

— Подождите, — он не собирался сдаваться, — мне почему-то кажется, что вам некуда спешить, мы можем посидеть в зимнем саду, хотите кофе или сок?

Маргарита до боли закусила губу, ей действительно некуда торопиться.

— Вы проиграли чужие деньги? — глядя в огромные серые глаза, полные слез, спросил незнакомец.

— Нет, — она перевела дыхание. В конце концов, какая разница, что он об этом узнает, — я проиграла чужие фишки. Даже не знаю, сколько их там было.

Юноша сделал легкий, почти незаметный взмах

Они сидели рядом и молчали, за окном бушевала стихия, и молчание их было наполнено большим смыслом, чем самые длительные беседы. Молодость, первая свобода, первая любовь, рожденная из слез и дождя, первое прикосновение рук и первый вкус взрослого мира…

8

Утром Маргарита, соскочив с кровати, подошла к балкону и удивленно вскрикнула: за окном плотной пеленой повис белый густой туман.

Не поверив своим глазам, она распахнула дверь, и в комнату ворвался влажный холодный воздух. Девушка с наслаждением вдохнула его полной грудью. Она была бесконечно счастлива, ни угрызения совести, ни стыд не мучили ее. Более того, Марго почувствовала облегчение, сомнения, терзавшие ее последний месяц, отступили. Она выйдет замуж за Генриха, но по крайней мере теперь ей будет о чем вспоминать. Эдельберги не искали вечной любви, им как воздух необходим был азарт и риск. Первая женщина в их роду не стала исключением из правил.

Осторожно, боясь разбудить спящего юношу, Маргарита быстро оделась и, бросив последний взгляд на разобранную постель, тихонько выскользнула из номера.

9

Сквозь туман дорога едва виднелась.