Чистилище. Янычар

Мутант был рядом. Его пальцы вцепились в «разгрузку» Янычара, рванули на себя, к оскаленным зубам, к хриплому зловонному дыханию.

– Ага! – сказал Янычар, делая шаг вперед. – Обнимашки!

Нож вошел мутанту в глаз. Рывок, хлынула кровь и слизь, Янычар вырвал клинок из раны, оттолкнул труп и шагнул навстречу следующему уроду.

Под челюсть, сильно и резко, нож пробил мозг, уткнулся острием в крышку черепной коробки.

Шаг назад, замах… Что-то ударило Янычара по голове, слева, над ухом. Мир вдруг стал бесшумным и поплыл.

Мутант в оранжевой спортивной куртке, изодранной и заляпанной засохшей кровью, замахнулся автоматом, держа его за ствол, как дубину. Приклад был покрыт коркой запекшейся крови и еще чего-то черного.

Перекатиться, выйти из-под удара… Янычар знал, что нужно делать, но тело отказалось выполнять его приказы. Вот и все. Вот и все…"

"Пуля ударила мутанта в живот. Следующая – в грудь, следующая – пробила горло… Очередь добралась, наконец, до головы.

Янычар встал на колени, держа нож перед собой и левой рукой пытаясь нашарить в кобуре под курткой «глок».

– Сейчас, – бормотал Янычар. – Сейчас-сейчас-сейчас…

Его сильно тряхнули за плечо. Потащили вверх, поставили на ноги.

…живой! – прозвучало над самым ухом, и звуки вернулись в этот мир.

Ветер, шелест веток и листьев, крики птиц.

– А я думал – все, концы… – сказал Петруха.

Мутанты закончились первыми.

Янычар потрогал голову над левым ухом – больно. Ну хоть не проломил урод, приклад скользнул, оставив ссадину и шишку.

Мутант с перебитыми ногами все еще полз.

– Живучие, суки. – Петруха прицелился и выстрели подползающему мутанту в голову.

– Заряжайся, – сказал Янычар, нашаривая в одном из карманов магазин к «стечкину». Загнал в рукоять, передернул затвор, вложил в кобуру. Вышиб из магазина «Протекты» оставшуюся гильзу, зарядил патронами из кармана.

– До поселка далеко? – Петруха заправил в пулемет еще одну ленту. – Тут патроны так расходуются, что свободно можем обанкротиться на полпути…

– Километра два, – оглядевшись, ответил Янычар.

Дождь усиливался, голова болела все меньше.

– А давай пробежимся, – предложил Петруха, подхватывая пулемет.