Чёрный всадник

Прежде всего взгляд его устремился вниз, на сад и двор Гази-бея, отделявшийся от двора калги толстой каменной стеной. Двор бея был виден как на ладони. Вокруг кучерявился тенистый сад, тронутый осенней позолотой; в середине — приземистый длинный дом, крытый черепицей; за ним — хозяйственный двор, где теснились конюшни, крытые навесы, помещения для невольников и наймитов.

Неужели Златка и Стёха где-то здесь, совсем близко?

— Роман, глянь-ка сюда! Под этой крышей живёт человек, который завёз в неволю наших девчат.

"Роман из-за плеча Арсена посмотрел на ребристую крышу.

— Если он знает хоть что-нибудь, то скажет и нам. Добраться бы только до него — заговорит!

— Но как это сделать?

— Надо пролезть в окно и…

Роман умолк.

Арсен улыбнулся. Улыбка была невесёлой, даже горестной. Но и она немного скрасила помрачневшее, осунувшееся лицо казака.

— В том-то и дело… Пролезть не штука. Как спуститься вниз, на чем? — Он стал рыскать взглядом по комнате.

Он вытащил из ножен ятаган и начал кроить овчину. Нарезав узкие полосы, сплёл из них верёвку длиною в два или три локтя. Радостно блеснули его повеселевшие глаза.

— Ну, как? Выдержит?

— Попробуем… Тяни!

Они ухватились за верёвку, дёрнули, потянули изо всех сил, стараясь во что бы то ни стало разорвать её.

Тогда засели за работу всерьёз. До вечера не разгибали спины. Когда стемнело, верёвка была готова. Роман осторожно спустил её за окно, крепко привязав к деревянной перекладине, поддерживающей матицу.

Вечер был по-осеннему ветреный. Со стороны моря по небу плыли рваные тучи. Время от времени они заслоняли полный ярко-жёлтый диск луны, и тогда опускалась непроглядная тьма.

Выждав минуту, когда все погрузилось в темноту, Арсен перекинул ногу через подоконник и, упираясь в ноздреватую стену, начал быстро спускаться вниз.

— Вот и я! — шепнул, опускаясь на землю. — Пошли!

Они пробрались садом к дому. В некоторых окнах мерцал свет. Сквозь стекла долетал глухой гомон голосов.

Где же искать Гази-бея? Каким путём пробраться к нему? Как не обнаружить себя преждевременно и не поднять тревоги?

Эти вопросы волновали Арсена ещё по пути в Крым.