Чёрный всадник

— Слушаю, милостивый пан, — сказал он, садясь на табурет и ставя между коленей саблю.

Яблоновский молчал. Его худощавое надменное лицо было непроницаемым. Холодные голубые глаза сосредоточенно изучали каждую чёрточку физиономии полковника, и от этого Яненченко становилось все более не по себе. Зачем он понадобился гетману? Какое у того важное дело к нему?

— Как живётся пану во Львове? — спросил наконец Яблоновский.

— Спасибо, хорошо.

— Никто не притесняет, не обижает здесь пана?

— Слава богу, никто.

— Так почему полковник за приют и щедрость его милости короля польского, а также за мою благосклонность платит чёрной неблагодарностью?

У Яненченко душа ушла в пятки.

— Как позволите понимать ваши слова, пан гетман?

Яблоновский стремительно встал, склонился над столом и ткнул чуть ли не под самый нос полковнику записку — его, Яненченко, тайное послание каменецкому паше.

— Пан узнает свою руку? — грозно спросил Яблоновский.

Яненченко побледнел. Во рту пересохло. Теперь ему стало ясно, почему гетман вызвал его к себе в такое неподходящее для аудиенции время и почему откровенно враждебные взгляды у Спыхальского и Новака.

— Пан гетман шутит? — изобразил удивление Яненченко. — Ведь тут написано по-турецки!

— Это лишнее доказательство того, что полковник умный враг, который знает не только польский и русский языки, но и турецкий… Надеюсь, что пан полковник будет разумным до конца и не заставит нас прибегать к унизительным для шляхтича способам допроса.

— Ясновельможный пан, я не могу понять, в чем, наконец, вы меня обвиняете! — воскликнул Яненченко, поднимаясь с табурета.

— В предательстве, пан! — с ударением сказал гетман. — В том, что ты намеревался сдать Львов туркам!

— Неправда! Это чья-то злобная выдумка!

— Выдумка? — Яблоновский иронично ухмыльнулся. — Мне тоже очень хотелось бы поверить, что это лишь вымысел, ибо пригрел во Львове и взял на королевскую службу пана я. Однако доказательства таковы, что в их правдивости нет ни малейшего сомнения!

— Доказательства? Уверен, никто их представить не может!

— О! За этим далеко ходить не придётся… Вот перед тобой, предатель, паны Спыхальский и Новак, они только что вернулись из Каменца, где видели пани Ванду Спыхальскую.

— Я повторяю — это поклёп!

— Следствие выяснит все, и ты сможешь на суде доказывать свою невиновность.