Чистилище. Финал

Он быстро дошел до перекрестка с придорожным камнем, не встретив никого, кроме высохших от времени трупов, так же быстро выбрал правый коридор и дошел до его окончания. Постамент, на котором лежал инъектор, удивил Штурвала своими надписями, вспыхивающими на поверхности камня и отпечатывающимися прямо в сознании. Слов в надписях было очень мало, но смысла в сознании возникало очень много, чтобы всё это описать буквами, потребовалось бы две или три поверхности такого постамента… Но, мало ли, какие технологии были у предков… Штурвал сделал выбор, и постамент позволил ему взять инъектор.

И вот тогда случилось действительно удивительное событие. Штурвал сделал шаг, собираясь покинуть лабиринт, и вдруг оказался на берегу моря, у своей лодки, которую он оставил во фьорде едва ли не в двухстах километрах от лабиринта… Выходит, у предков были и такие технологии, он даже не догадывался об этом. Да, в Анклавах мало что сохранилось от старого мира…

Штурвал аккуратно перешагнул мертвое тело, почти неразличимое в облаке лениво ползущего по полу лабиринта пара, и двинулся дальше.

С прошлого раза трупов прибавилось. Видимо, экспедиция Малинина была многолюдной, но повезло далеко не всем. Несколько минут Штурвал неторопливо шел по коридору из валунов, потом достиг перекрестка и, не сбавляя темпа, повернул к правому коридору. Судя по следам, кто-то из тех, кто был с Малининым, ушел в средний коридор. И их было трое. Один колебался между всеми выборами, и, в конце концов, отправился налево. Скорее всего, это был тот неизвестный Николаев, больше некому. Малининских следов в лабиринте вообще не было, да и не стал бы Малинин сомневаться, этот бы сразу помчался налево, как только прочел надпись на придорожном камне, без лишних раздумий. Штурвал углубился в правый коридор, и некоторое время шел к его тупику. Постамент по-прежнему стоял на своем месте, тусклая поверхность отшлифованного серого камня не несла на себе ни букв, ни прочих знаков. Штурвал подошел к постаменту, извлек из подсумка инъектор и аккуратно положил его на место. После чего развернулся и двинулся обратно.

Путь к перекрестку показался ему вдвое короче, чем раньше. Наверное, сказывается опыт хождения по одному и тому же коридору туда-сюда, мелькнула ироническая мысль. Штурвал подошел к придорожному камню и на краткое мгновение остановился, перечитывая надписи. Он презрительно покосился на левый коридор и направился к среднему. В среднем коридоре ему показалось, что воздух стал немного холоднее обычного.