Шатун

— Было бы желание, а возможность и создать можно, — отмахнулся Руслан.

— Вы говорите так, словно проделывали подобное.

— Дурное дело нехитрое, — хмыкнул Шатун. — Придется несколько дней походить за ним. Узнать, где бывает, во сколько возвращается, как долго в других городах живет. Ну, а после…

Руслан с хрустом сжал кулак и, покрутив им в воздухе, едва слышно закончил:

— Главное, чтобы он потом нигде не всплыл. Даже в виде трупа.

— Вы и вправду способны подобное проделать? — осторожно уточнил Рязанов.

— Способен, — спокойно кивнул Шатун.

— Подумаем, — помолчав, усмехнулся граф.

Коляска вкатилась во двор, и офицеры, пройдя в дом, разошлись по своим комнатам. Следовало отдохнуть после бурного дня.

Утром, с заметно побаливавшей головой, Руслан проделал весь привычный утренний моцион и, закончив тренировку метанием ножей, отправился к колодцу, умываться. Приведя себя в порядок, Шатун прошел в столовую и с удовольствием отдал должное горячему чаю и свежей выпечке.

"В общем, впереди был еще один день. Руслана несколько напрягало, что от него не требуют ежедневно ходить на службу, но, с другой стороны, он в этом обществе являлся кем-то вроде джокера. Фигура, которую применяют только в особых случаях. Больше всего времени у него уходило на написание отчетов. Что с этими бумагами делали после, Руслан не знал, но в том, что их внимательно изучают, уже не сомневался.

Предупредив слуг, что уходит, Шатун окликнул свою охрану и решительно зашагал в сторону кузнечных рядов на базаре.

Увидев парня, кузнец едва заметно усмехнулся и, огладив бороду, прогудел:

— Вовремя ты. Словно нюхом учуял.

— Неужто получилось? — оживился Руслан.

— А ты никак сомнения имел? — возмутился мастер.

— У меня сомнения в сплавах были, а не в умении твоем, — тут же выкрутился Руслан. — Показывай, устоз, — потребовал он, добавив словечко на местном языке, означавшее почтительное отношение к мастеру.

— Ишь ты, уже и выучить успел, — усмехнулся кузнец и, отойдя в угол, принялся греметь там каким-то железом. — Вот, смотри, — прогудел он, вручая парню длинный сверток из рогожи.