Чёрное. Белое

И пусть, возможно, долгое воздержание тоже приложило руку к остроте и яркости ощущений, но мысль о том, что этого могло больше не быть, что кому-то другому он мог подарить это наслаждение, которое я сейчас впитываю в себя, как губка, сводит с ума и добавляет той остроты, что ни с чем не сравнится.

– Как хорошо… – вырывается из меня.

Мы пересекаемся взглядами, и я признаюсь:

– А я думала, что больше не возбуждаю тебя…

Он приподнимается на локте, чтобы мне было никуда не спрятаться от его внимательного взгляда, и смотрит, вынуждая меня продолжить.

– Я старалась... Ты... тебе не понравился мой приват?!

Усмешка на губах, легкий поцелуй.

– Понравился.

– Но ты... – начинаю я и обиженно хмурюсь, делясь своим незабытым разочарованием.

– Я хочу от тебя большего, чем просто секс.

Теперь я вопросительно вглядываюсь в его глаза, вынуждая продолжать.

– Если, как ты сказала, ты без меня не можешь, а я разделяю твои чувства, то мы должны попробовать перейти на новый уровень. Для начала жить вместе.

Хмурюсь. Вижу настороженность во взгляде.

– Мне нравится твое предложение. Очень. Честно. Но мама... Она только после операции. У нее онкология. Знаешь, бывают же рецидивы. Говорят, что отрицательные эмоции и все такое.

– Но ведь ты не будешь постоянно жить с ней.

Поднимаю глаза и прошу:

– Да. Но сейчас… Давай для начала попробуем оставаться вместе как раньше.

Я вижу, ему не нравится моя идея.

– Ася. Ложь – не выход из положения!

– Пожалуйста.

Он молчит несколько секунд.

– У меня встречное предложение. Давай я постараюсь понравиться твоей маме.

Закусываю губу. Мне не хочется признаваться в провальности его плана, и я пищу:

– Она консервативна и у нее устаревшие взгляды на жизнь.

– Ты не хочешь даже попробовать?!

Я смотрю в его удивленные глаза. Как ему объяснить, что выбирать между двумя близкими людьми очень сложно, тем более, когда один из них серьезно болен.

– Надо менять стереотипы, надо пробовать и, если не получается, думать, что делать дальше, а не отступать от действия только потому, что ты боишься получить отказ.

Он не говорит много, но так виртуозно жонглирует словами, что я опять запутываюсь, и мои сомнения отходят на второй план, принимая его доводы.

Двигаюсь к Марку, прижимаюсь. Тактильно ощущая любимого мужчину, мне легче согласиться, и я выдаю ему в грудь: «Хорошо, давай попробуем».

46 глава. Стена отчуждения"

"Глаза Марка закрыты, дыхание размеренное.