Четвертое правило семьи Райс

– Спасибо, Рейн, – сказала ему, – за все, что ты для меня сделал! За то, что ты и твои парни рисковали жизнью ради моей свободы.

За то, что он не бросил, когда от меня отвернулись сильные мира сего, – вот что я еще хотела добавить.

Но не смогла.

Слезы сдавили мое горло, а я вовсе не собиралась плакать на глазах у многолюдного порта Меерса. К тому же с Рейном мы вовсе не прощались – просто расставались на короткое, как я надеялась, время.

Он сжал в ответ мою руку, и я ощутила идущее от него тепло.

Отпустил.

– Всегда к твоим услугам, Аньез Райс! – сообщил мне. Затем добавил менее формально: – Рад, что нам удалось тебе помочь!

– Надеюсь, мы скоро увидимся? – спросила у него. – Вы ведь не уплывете в Хъедвиг… уже сегодня вечером?

Пожалуй, это было бы довольно ужасно, промелькнуло у меня в голове.

– Пока еще нет, – отозвался Рейн. – У меня много дел в Меерсе, так что мы задержимся на несколько дней. Думаю, я постараюсь появиться вечером во дворце. Как-никак день рождения короля Сигверда!

На этом наш разговор подошел к концу.

Но я решила, что это все-таки глупость, поэтому молча кивнула.

Зато Эрвальд молчать не собирался.

Подошел и напомнил о себе, сказав, что нам пора оправляться. Смерил Рейна недовольным взглядом, после чего увел меня в карету, но по пути я не забыла захватить с собой Маису и Кассима.

И уже скоро за окном роскошного экипажа принца потянулись жилые кварталы Меерса.

Эрвальд никуда не спешил, поэтому карета катила медленно. Маиса прильнула к окошку, рассматривая столицу Хастора с открытым ртом – особенно ее поражало то, что женщины здесь ходили с открытыми лицами и волосами. Да и платья у них тоже были не самыми консервативными.

Кассим делал вид, что спит, но я знала, что мой телохранитель внимательно следил за каждым движением принца. И если бы тот…

Впрочем, Эрвальд не собирался нарушать правила приличия.

Ну что же, щедрость хасторской династии внушала уважение, и двухэтажный особняк, окруженный ухоженным садом, оказался великолепным. Я увидела чудесный фасад с множеством колонн, резные ставни на больших окнах, за которыми угадывались просторные залы.