Черный пудель, рыжий кот, или Свадьба с препятствиями

Сергею Бабкину, в детстве каждое лето проводившему в деревне, было бы что порассказать о коллективной памяти. Но Бабкин в эту минуту занимался совсем другими делами."

"– Нам не хотелось бы стать предметами насмешки, – подтвердил Петруша, ежась от неловкости.

Макар внимательно посмотрел сначала на одного, потом на другого. Перед ним сидели гороховый шут с образцовым подкаблучником и рьяно пеклись о своей репутации.

«Братцы, да над вами и так весь Шавлов хохочет! – почти сорвалось с языка Илюшина. – Что там ночные бродилки по пустому соседскому саду! Хватит мне голову морочить!»

Бабкин разъяснил бы ему и это кажущееся противоречие, но, на счастье мужа и брата Нины, в комнату заглянул Олег.

– Ритка не у вас?

– Пойдем вместе поищем! – поднялся Илюшин.

К этому моменту он уже устал слышать от мужчин семейства Сысоевых, что они ничего и никого не видели. К тому же он начал жалеть, что час назад отказался от борща, и обычная наблюдательность стала ему изменять. Саша Стриженова обязательно подумала бы, что Нина, пышногрудая миловидная Нина с взглядом покормленной белочки и челюстями акулы защищает своих.

Но Саша пыталась в это время добиться встречи со следователем. Так что Макар последовал за Олегом, не заметив, с каким облегчением за его спиной переглянулись Григорий с Петрушей.

– А скажи-ка мне, милый друг, – спросил Макар, когда они вышли, – ты сам кого-нибудь подозреваешь?

Олег покосился на него.

– Давай-давай, – подбодрил Илюшин. – Считай, что ты у исповедника. Колись.

– Никого, – буркнул Олег.

– Тайны есть у всех.

«Да какие это тайны! – с легким раздражением отозвался про себя Олег. – Так, секретики мелкие».

– Мелкие, – выдавил он.

– Например? Почему, скажем, твой дядя такой нервный последнее время?

Олег пожал плечами.

– Светлана.

– Что – Светлана? – терпеливо осведомился Илюшин.

– Бросила. Грустит. Любил.

«Григория бросила очередная любовь всей его жизни, – расшифровал Илюшин. – Вот он и ходит смурной».

– А остальные? – строго спросил он.

Олег сдержанно помотал головой.

«Не знаю ничего, богом клянусь!» – перевел Макар.

– Брось!

Сысоев остановился и укоризненно взглянул на Илюшина сверху вниз.

– Зря! – выговорил он.