Черный лис. Том 3

А вот Белый Лотос едва склевала парочку сасими с угрём и выпила полчашки мисо… Мне кажется, что с тех пор, как мы спустились с горы, её не оставляет сильное беспокойство.

Доев последнюю картошку, я потянулся к салфетнице и вынул тонкий прямоугольник рисовой бумаги. На нём тоже было что-то нарисовано. Какая-то печатная картинка, сделанная в три цвета: чёрный, красный и желтый. Тревожные цвета…

Желая рассмотреть, что же такое можно изобразить на салфетках в придорожном кафе, я разгладил её на столе. А потом выпучил глаза и онемел.

Глава 14

— Вы видите то же, что и я? — спросил Фудзи уголком рта.

Оказывается, он тоже разглядывал рисунок, напечатанный на салфетке. Так же, как и Хякурэн.

Посмотрев друг на друга, мы обменялись многозначительными взглядами.

…Ужесточились меры безопасности в столице и других городах, — долетело из телевизора. Его никто не смотрел, но передача была включена почти на полную громкость. — Служба безопасности Императора уже ликвидировала несколько гнёзд злоумышленников, но расследование продолжается.

Белый Лотос бросила короткий взгляд на продавца. Тот занимался своими делами: раскладывал бумажные купюры по ячейкам допотопного кассового аппарата.

— Надо убираться отсюда, — сказала она тихонько.

— Да, пожалуй, пора, — Фудзи тоже поднялся, но потом наклонился и выхватил из салфетницы ещё несколько тонких рисовых листков. — На память, — пояснил он.

Я остался сидеть. В голову мне только что пришло одно насущное соображение, и я просто не знал, как с ним быть.

— Что ты расселся, чудовище? Хочешь ещё чего-нибудь? Мороженого? Сладкий пирог?.. — саркастично осведомился Фудзи. — Заказывай, не стесняйся. Мы ведь совершенно никуда не торопимся.

— Нам нечем заплатить за еду, — виновато сказал я. — Я только сейчас понял: у нас совсем нет денег.

Фудзи озадаченно похлопал себя по одежде — словно надеялся случайно обнаружить несколько мнет, закатившихся за подкладку.

— Эх вы, принцы… — Белый Лотос двинулась к кассе, на ходу вытаскивая бумажник.

А я, последовав примеру Фудзи, подхватил несколько салфеток и направился к выходу.

На улице было совсем темно. Оглушительно свиристели цикады, издалека слышался гул автострады. Ветер нёс запахи влажного леса и родниковой воды.

Расправив одну из салфеток, я встал в желтый круг единственного фонаря, освещающего парковку. Присмотрелся, поворачивая листок так и эдак.