Черный лис. Том 3

Телохранитель молча достал телефон, набрал несколько цифр, секунду подождал…

— Это половина, — сказал Колян. — Вторая — через полчаса. Как только я увижу то, что нужно.

— Не боись, — в кармане Серого негромко звякнуло.

Он тоже достал трубку, бросил короткий взгляд на экран, убрал. И заметно приободрился. Сдвинул кепку на затылок — оказалось, у него маленькие, глубоко посаженные, но очень цепкие глазки. Шмыгнул носом, утерев его рукавом несвежей клетчатой рубахи, и даже улыбнулся. Мелькнул неприятный серый язык…

— Недалеко, — ответил он и махнул рукой.

— Ладно, — оборвал Колян. — Веди.

Серый повернулся и шагнул из-под навеса под вечернее солнце.

— Погодь, — остановил его Колян. — Охрана там есть?

— Я не заметил, — ответил Серый. — Он там вообще один. Ну, этот чувак с потёкшей рожей, уж не знаю, ожог это или ещё какая хрень…

— Это магический шар, — неожиданно сказал Колян. Я бросил на него удивлённый взгляд.

"Кадык Серого, похожий на мосластый челнок под синюшной натянувшейся кожей, скакнул вверх-вниз. А потом он посмотрел на меня ещё раз. Так, словно старался запомнить на всю жизнь.

Зря Колян это сказал, — подумал я. — Серый и так боится. А впрочем… Ему виднее.

Я прекрасно отдавал себе отчёт в том, что ничего не понимаю в местных реалиях. Потому и старался помалкивать.

Интересно: где сейчас Фудзи?.

Серый вёл нас мимо остовов зданий — в фундаментах торчали печные трубы и остатки стен. Мимо застарелых мусорных куч, заросших крапивой. От них ничем не пахло, кроме старого железа и битого кирпича. Кое-где ещё виднелись одичавшие яблони и вишни, но урожая они уже не давали.

Тропинки не было. Но человечек уверенно пробирался сквозь мешанину развалин — я так понял, что это заброшенный пригород. В городе возвели несколько новостроек, и народ перебрался туда — поближе к газовому отоплению, электричеству и горячей воде.

А это место постепенно ветшало, становясь прибежищем бродячих кошек, вездесущих мальчишек и бомжей.

Сквозь выбитые окна некоторых, почти целых домов, были видны кучи грязного тряпья и шел живой запах: костра, немытого тела и горелой еды…

Наконец наш проводник дал сигнал остановиться. Впереди виднелась серая, крытая шифером крыша какого-то большого строения. Перед ним угадывался пустырь, засыпанный когда-то мелким щебнем.