Черный лис. Том 3

— Перережьте глотки всем, кто здесь есть! Нам не нужны свидетели!

И вдруг сквозь гул и вопли испуганных людей послышались громкие хлопки в ладоши. Они приближались, и вот к краю дохё подошла Любава…

Старичок Окигава, просветлев лицом, сделал пару шагов к девушке, но она сама, ловко вскочив на помост, подошла к нам и встала в центре.

— Прекрасно! — обращалась она к Сётоку. — Продолжай в том же духе, принц Фудзивара. Рой себе яму, из которой не сможешь выбраться.

Сётоку наклонил лобастую голову и тяжело посмотрел на Любаву.

— Если я и рою яму, то для тебя и для твоего дружка. А также для всех этих никчёмных людишек.

— Негодяи не любят оставлять свидетелей своего провала, — кивнула Любава. — Вот только на этот раз тебе не ограничиться стенами этого зала. Всё запущено гораздо круче.

— Что ты несёшь? — Сётоку сделал пару шагов к Любаве, но передумал и остановился на безопасном отдалении. — Здесь, кроме нас, никого нет, — он обвёл рукой зал. — Никто не выйдет отсюда живым, кроме меня и преданных мне гвардейцев.

Но Любава, не моргнув глазом, кивнула одному из чиновников с синим шариком, и тот, обойдя Сётоку по широкой дуге, взобрался на подиум и протянул Любаве планшет. На экране шла какая-то трансляция.

Девушка улыбнулась, повернула планшет экраном наружу и подняла его высоко над головой.

На экране мелькнула моя удивлённая физиономия. Да, уши действительно не торчали… Чёрт, что только не лезет в голову!

Потом я увидел господина Окигаву, мелькнули деревянные рогатые шлемы, а затем, на весь экран — разъярённое лицо Сётоку.

— Что это значит? — спросил он.

— Я включила трансляцию, — громко объявила Любава. — Прямой эфир из дворца. Бой века. Антоку против Фудзивара.

И наконец-то в глазах принца появилось понимание.

Глава 24

Глаза Сётоку налились ненавистью.

— Ты… — шея его побагровела, по цвету она ничем не отличалась от подсохшей кровавой полоски на груди.

И тут произошло странное.

Несколько хатамото, гвардейцев в глухих шлемах и деревянных доспехах, вскочили на помост и встали рядом с принцем.

Сначала я решил, что они пришли на помощь господину, но буквально в следующий миг осознал: хатамото взяли Сётоко под стражу.

Они преграждали ему путь к Любаве, ко мне и к хранителю Окигаве.