Черный лис. Том 3

— Вас ввели в заблуждение, господин, — сложив сухонькие ручки на животе, старик принялся кланяться, как болванчик. — Насколько мне известно, эта девушка, кто бы она ни была, совершенно ни при чём.

— Убедитесь сами, уважаемый Хранитель, — лицо Сётоку всё ещё сохраняло самодовольную убеждённость в своей правоте. — Ларец пуст. Печать похищена. Стража!..

— Подождите, господин, — старик уже рылся в складках своего обширного многослойного кимоно. Наконец он вытащил какой-то чёрный футляр и победно поднял его над головой.

Зал замер. Даже хатамото застыли, как изваяния — их громоздкие доспехи прекратили свой костяной перестук.

— Что?.. — узкие глаза Сётоку почти вылезли из орбит. Щеки побагровели, на них обозначились синие венозные прожилки.

— Сейчас я всё объясню, — хранитель Окигава, казалось, нисколько не был впечатлён натиском принца.

Он пережил не одного правителя, — подумал я. — И за долгие годы службы научился не трепетать под тяжестью монаршьего гнева…

Иммунитет к ореолу власти, — как справедливо заметил Виктор Набунага.

— Собираясь на обед, я услышал, как вы, господин, приказываете страже покинуть Церемониальный зал, и не возвращаться, пока вы их не позовёте обратно, — рассудительно и неторопливо начал старик. — Не в моих правилах обсуждать приказы начальства. Но я, как хранитель, должен чтить Правила. Которые гласят: ни при каких обстоятельствах Большая Императорская Печать, символ государственной власти Ямато, не должна оставаться без присмотра.

В последних словах бесстрашного старичка проскользнули едва заметные нотки пренебрежения."

"— ПОТЕНЦИАЛЬНЫМ? — видимо, Сётоку тоже уловил эти самые нотки. И немало разозлился. — Я — первый сын императора Ёмэй! И являюсь прямым и единственным наследником трона Ямато! — голос его грохотал внушительно и уверенно.

— И тем не менее, — гнул своё хранитель. — Пока не совершена церемония Передачи Печати, вы не являетесь законным претендентом. При всём моём уважении, господин.

Сётоку открыл рот, чтобы прореветь ещё что-то угрожающее, но старичок-хранитель наставительно поднял указательный палец, прерывая его.

— Правила гласят: только тот достоин править, кто докажет это на деле.

— Я всё доказал! — ярился Сётоку.