Черный феникс

Как она вообще это все выговорила?

— Вижу, ты впечатлена, — усмехнулась мама. — А теперь по порядку. Приставка «тер» в моем имени указывает род, от которого я веду свое начало, приставка «тан» указывает на семейный статус, если он есть, то называется фамилия мужа.

— А второе имя? Оно указывает на предка?

— Верно. Таковы правила именования. Амарель была моей прабабкой, очень талантливой хранительницей.

— Значит, ты замужем. — Я вздохнула. Нет, я в курсе, что дети не из капусты берутся.

Но мама никогда не обсуждала со мной моего отца.

Эта тема не то, что была запретной в нашем доме, однако ей становилось физически плохо, когда она заговаривала о нем. А потому я никогда о нем ее не расспрашивала.

— И да, и нет, Риша.

— Как это?

— Все очень сложно, — мама потерла переносицу.

— Пятьдесят три года назад я вышла замуж за твоего отца. Это был договорной брак. Так принято между высокими родами.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Глава 2-2

Сказать, что я опешила, значит не сказать ничего.

Пятьдесят три года назад? По паспорту моей маме всего тридцать восемь лет! Я всегда считала, что она родила меня на третьем курсе вуза, а отец, позабавившись с доброй и красивой девчонкой, просто бросил и ее, и приплод любви. Меня то есть. А так как я родилась болезненной девочкой, то маме со мной поначалу пришлось очень тяжело, я даже в школу пошла не как все дети в шесть-семь лет, а в восемь.

Мамин взгляд был понимающим и вместе с тем извиняющимся.

— Мне сто восемь лет, детка.

Почему-то мамин возраст принять оказалось тяжелее, чем какого-то иллами, туман, который наверняка разновидность магии, да и вообще мое превращение в красивую черную птичку. Почему красивую? Да потому что я в этом уверена.

— Спасибо, хранительница, — раздался мягкий обволакивающий голос в голосе.

Я не смутилась, но отвечать фениксу не стала.

— Пятьдесят три года назад ты вышла замуж, значит прожила в браке чуть больше тридцати лет…а двадцать лет назад что-то заставило тебя сбежать и скрыть, что у тебя есть я?

— Примерно так.

— Мама набрала побольше воздуха и явно с трудом произнесла. — Долг любой жены — подарить наследника. Но только в великих родах первенцем обязан быть мальчик.

— А если рождается девочка?

— Ее убивают.

— Что?

— Ты не ослышалась. Дочь может родиться позже, но не быть первой. В этом случае глава рода обрывает ее существование, — по лицу мамы катились слезы. — Мы любили друг друга, Риша. Я и твой отец любили друг друга.