Черный человек

– Однако! – сказал тихо Ромашин, поправив что-то под волосами; Мальгин, уловивший его движение, понял, что эксперт носит персональный комп, и не один, а вместе с «защитником» – генератором пси-защиты.

– Мистика какая-то, – проворчал Джума, заинтригованный и смятенный. – Что это за каббалистические раритеты? Мне показалось или они на самом деле… смотрят и дышат?

– А как вы себе их представляете? – заинтересовался вдруг Железовский. – Вот, например, это? – Математик показал на «свечу».

Джума озадаченно посмотрел на него, потом на Аристарха.

– Ну-у… по-моему, эта штука похожа на хрустальный бокал… внутри плавает светящееся колечко… нет?

Мужчины переглянулись.

– М-да! – произнес Ромашин. – Мне казалось, что это не бокал, а какой-то вытянутый сосуд с дымом внутри.

– Лично я вижу свечу, – добавил Мальгин. – И к тому же она «плачет»."

"– Великолепно, – пробасил Железовский. – А это? – Он указал на «магическую сферу».

– Черный куб… со звездами…

– Ну а штуковина рядом? – Аристарх дотронулся до «ножа».

– Что-то острое, как наконечник копья…

Через минуту выяснилось, что все четверо видят разложенные предметы по-разному, и лишь относительно одного из них мнения сходились: исчезающий «голыш» всем казался плоским морским камешком, окатышем, и демонстрировал свои качества без каких-либо дополнительных эффектов.

Мальгин оглядел взволнованные лица гостей – даже математик слегка оживился, забыв о своих «трех эс», – и глубокомысленно проговорил:

– Восприятие веревки как змеи так же ложно, как и восприятие веревки как веревки.

Последовало недолгое молчание, потом взрыв сдержанного смеха. Собеседники оценили ситуацию в юмористическом ключе, вполне понимая друг друга.

– Источник изречения? – отсмеявшись, спросил Джума.

– Шанкара, Адвайтаведанта.

– Очень образно и очень справедливо. Но подарки Шаламова действительно впечатляют. Знать бы их настоящий облик, и главное – назначение.

– Учтите, они опасны, – предупредил Мальгин, чувствуя, как внутри него заворошился «черный человек».

Джума хотел сказать что-то язвительное, но передумал. Подождав немного, вдруг засмеялся и пояснил в ответ на вопросительные взгляды:

– Вспомнил девиз нежити, точнее, «эскадронов жизни»: «Мы живем для того, чтобы сдохнуть!» Чем мы хуже?

В комнате громыхнуло – этот хохотнул Железовский.