Чернокнижник. Черная Месса

— Не перебивай, — строго произнесла она, вновь становясь похожей копа. — В общем, Метфилдов повесили на волков. И, пока ты снова не влез — они не перекинулись обратно. Что же до Локсли, Джин и взрывов в кафе и школе — списали на маньяка, в коего, к счастью, после смерти превратился тот твой лап — кенгуру.

— Луп — гару, — сквозь улыбку поправил Дум. — А что с девчонкой гвардейцем?

— Исчезла. Как и все они — а департамент получил благодарность от центрального офиса ФБР.

Алекс присвистнул. Как же глубоки корни ордена Искариотов.

— Меч тоже забрали, — продолжила леди. — И, если что, мне пришлось сочинить весьма бредовую и от того правдоподобную историю по поводу твоих часов.

Дума как водой окатили. Он приподнял правое запястье и уставился на одну из спортивных моделей от Vacheron Constantin. Носить такие часы, все равно что ""носить Феррари"".

Кажется это были Quai de l'Ile, но с металлическим, а не кожаным ремешком.

Титановый корпус, боковые стороны и ободок из палладия, заводная головка — опять титан; темный циферблат с…

Парень ловко расстегнул браслет и прочитал гравировку: ""Malo ad malum, bonum est bonum, et vita ad mortem"". Выражаясь нормальным языком — ""зло ко злу, добро к добру и жизнь к смерти"". Немного пафосно, но ему неожиданно подходит.

— И зачем ты их вообще взял? — спросила Лиза, помогая застегнуть браслет.

— Трофей, — соврал Дум."

"Тогда он не понимал, но сейчас чувствовал — такого было желание Черной Скорби и Черной Мессы. В пылу сражения он дал слабину и артефакты вторглись в его сознание, жонглируя мыслями и чувствами. Оставалось надеяться, что как и любой яд, их влияние со временем выйдет из души. Если же нет — Дум посмотрел на часы… Что ж, по крайней мере пока их влияние не слишком пагубно.

— И вот еще, — Лиза осторожно накрыла ладонью руку Дума. — Того ребенка уже забрала очень хорошая семья.

— Ну, хоть что-то, — с небольшим запозданием ответил парень. — Хорошо хоть что вообще забрали. Небось устроили из этого целое шоу… Кстати о шоу, — Дум обвел взглядом одиночную палату, дорогую механизированную кровать, мониторы и плоский телек на стене. — Вряд ли такую роскошь покрывает моя страховка. Вернее — её отсутствие.

— Штат платит, — подмигнула девушка. — Отец устроил в мерии настоящий скандал, вот бюрократы и расшевелились.