Черная вдова ищет мужа

– Мне уже идти собирать вещи?

– Указаний касательно вашего выселения не поступало. Однако сами должны понимать, вряд ли новый хозяин захочет жить под одной крышей с незнакомкой, у которой нет никаких прав на особняк. Пусть и супругой покойного племянника. Но Бангвиль – неблизкий свет. Скорее всего, его приезд затянется на полгода. Если не больше. У вас будет достаточно времени подыскать себе жилье.

– Зачем вы меня позвали? Сказать, что поместье не станет моим? Разве это не могло подождать до завтра? Или, думаете, за ночь можно разобрать особняк по камушку и перенести в другое место?

– Не ехидничайте, нира Элейн, и извольте выслушать последнюю волю покойного.

– Какие еще распоряжения? – устало спросила я. Казалось, этот день и его сумасшествие никогда не закончатся.

– Во-первых, вам строго-настрого запрещается входить в хозяйскую спальню и смежные с ней комнаты. На это дано право только новому владельцу поместья и никому другому.

«Помешались они все на них, что ли? Мне казалось, Марк адекватнее своих предшественников. Но нет, ошиблась». Отчего-то это требование супруга вызвало у меня внутри бурю негодования.

– Иначе что? – с вызовом посмотрела на лэрда Энсли. – Что он мне сделает? Восстанет из мертвых и отомстит?

– Нарушив это условие, вы лишитесь всех причитающихся вам денег. Так понятнее? – слегка повысил он голос.

– Каких еще денег? – растерянно спросила я.

– Согласно завещанию вам полагается сумма в размере пяти тысяч золотников.

"Сумма была не просто внушительной, а какой-то нереальной. Этих денег мне, несомненно, хватит до конца жизни. Безбедной и беззаботной жизни! Возможно, следовало обрадоваться, хотя бы мысленно поблагодарить заботливого супруга, но меня встревожило услышанное. Кое-что не вязалось во всей этой истории, и я решила докопаться до истины:

– Почему сейчас?

– Не могу знать точно, но предполагаю, чтобы уберечь вас от ошибки – удержать от проникновения в те комнаты, – пояснил лэрд Энсли, заметив растерянность на моем лице.

Мне не хотелось ни о чем думать. Я мечтала забиться в уголок и тихонько оплакать смерть мужа. Но этот конторский надоеда не уйдет, не оставит меня в покое, пока не получит желаемое.