Черное и белое (СИ)

Царица ночи в самом что ни на есть тарантиновском смысле… И тут… бац!

— Видела бы ты своё лицо, — вытираю я слёзы… — Такого удивления я в жизни… а-ха-ха…

— Оторва! — сердито говорит она и… тоже начинает смеяться.

— Что?!

— Прекращай ржать! — пытается приказать она сквозь смех. — Где ты её нашёл?!

Когда в кабинет заходит Толик, он нерешительно останавливается и, похоже, не сразу понимает, плачем мы или смеёмся, и почему обнимаемся. Вернее, мы не обнимаемся, просто Ирка держится за меня, чтобы не упасть от смеха.

Отсмеявшись я прощаюсь с Новицкой и иду к себе в кабинет. Замяли, короче. Ирка молодец, я её по-своему люблю и даже, наверное, понимаю… Или не понимаю, но какая разница, она-то меня любит тоже очень и очень «по-своему». И это очень даже неплохо, если бы все мы могли любить друг друга, ничего другого и делать не нужно было бы… Ладно, на этом и остановимся. Впрочем, это только моё мнение, оно может отличаться от мнения Новицкой…

У Толика громыхает «Рэйнбоу»:

I see a rainbow rising

Look there, on the horizon…

Дио старается изо всех сил.

— Наташ, привет, — говорю я позвонив домой. — Привет. Я всё. Анатоль, прошу, сделай потише… Спасибо. Слушай, а давай мы с тобой поужинаем где-нибудь… например, с видом на Кремль. Что скажешь?

— Я вообще-то курицу венгерскую урвала сегодня. Думала, в домашней обстановке… Ой, я же Марину пригласила.

Блин! Сердце сжимается…

— Она сейчас с тобой что ли? — спрашиваю я.

— Нет ещё, но скоро придёт, звонила недавно.

— Слушай, ну её нафиг, Марину твою. Давай вдвоём побудем.

— Блин, ну неудобно же… — вздыхает Наталья.

— Перезвони ей, скажи, что я тебя срочно вызываю.

— Она спросит зачем…

— Ты серьёзно? Мы что, должны отчитываться перед ней?

— Ну, а что я скажу, типа не твоё дело что ли?

— Скажи, что не знаешь, — предлагаю я.

— А она возразит, что ты мной помыкаешь.

— А ты ответь, что тебе это нравится.

Повисает пауза…

— Ладно, — наконец, соглашается она. — Я придумаю, что сказать…

— Ну, и хорошо, я через двадцать минут подъеду.

Машина останавливается у подъезда, и я хлопаю Лёху по плечу кивая на улицу. Он сразу врубается и выходит.

— Нашли что-нибудь? — спрашиваю я.

— Нет, ничего, — мотает он головой. — Все прошарили.

— Нужно будет со спецтехникой попробовать. Машина несколько дней стояла одна, могли и залезть.