Черная война

– Радиостанция где?

– Метров триста отсюда. Там машина с антенной стоит.

– Курьер уехал?

– Да, только что.

– Кто охраняет лагерь?

– Наши. Два патруля по три человека, обходят лагерь и на поле с танками поглядывают иногда. Немец на вышке сидит, но он сам по себе.

– Ночью?

– Немец на вышке, и три человека ходят вокруг.

– Почему немцы не ходят в охрану?

– Раньше ходили. Потом трое обморозились, и прислали нас.

– Обер-лейтенант – кто?

– Заместитель командира батальона.

– Сам командир где?

– В город уехал, дня два уж как.

– Почему вчера так тихо было, не работали?

– Дизель сломался, не было света, вот и чинили.

– Где ваша казарма?

– Отсюда, к лесу, метров триста. Там сторожка стоит. В ней мы и живем.

– Где те трое, что меня сюда привели?

– Отдыхают они, им ночью на посты заступать.

– Что за люди?

– Они не наши, не отсюда. Из Литвы. Говорят, раньше в «лесных братьях» были. Их вообще-то шестеро, только трое сейчас в лесу.

– Сарай справа – что там?

– Сломанное оружие и снаряды из танков.

В коридоре затопали сапоги. Это еще кто к нам пожаловал?"

"Топот ног услышал и полицай. Вдохнул воздух – орать собрался? Ну уж дудки! Тычок ножом, и он забился у меня в руках. Рот я зажал ему рукавом, так что заорать у него не получилось. Опустив дергающееся тело на пол, я скользнул к двери, поднимая на ходу «кистень». В коридоре отряхивал снег с сапог еще один немец. В руках он держал судки с едой. Оберу жрать принес? Похоже. Так, и куда он теперь, сразу в кабинет? Не должен вроде.

Однако же… Судки… Так, тут еще чайник где-то был? Вот он, в углу.

Хрусть, хрусть, хрусть… Нападало снегу за ночь. Эдак я по лесу далеко и не уйду, плохо.

Что может быть естественнее и безопаснее в обеденное время, чем человек с судками и чайником? Да еще и одетый в немецкую шинель, сапоги и шапку? Ну, разве что человек, несущий поднос с водкой и закуской.

Дверь в машину оказалась не заперта и распахнулась почти сразу.