Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (СИ)

Это было впечатляющее зрелище, поскольку, если не брать во внимание болтающиеся у меня за спиной огромные крылья, сама я осталась такого же размера, как и была, а вот габариты Линды, и так меня превосходившей в росте, выросли значительно.

– Гейб, а какого вы вообще размера? Насколько Линда выросла?

Гейб поставил видео на паузу и задумчиво нахмурился.

– Мне никогда не приходило в голову измерять Линду, но мы с Ричардом когда-то давно, в молодости, измеряли друг друга. От кончика носа до… хм… основания хвоста моя длина составила одиннадцать футов десять дюймов (* 3 м 60 см).

– Ничего себе! Я, конечно, видела, что ты огромный, но как-то не осознала – насколько! А есть кто-то ещё, кто больше тебя?

– Видимо, нет. Пантерами я, конечно, всех не замерял, но в человеческом обличье я выше всех в семье, а при обращении мы увеличиваемся пропорционально.

– Да, я заметила, что ты выше всех тех, рядом с кем я тебя видела, но я же видела не всех.

– Семь футов, два дюйма (* 2м 18 см). Все взрослые мужчины у нас ростом выше шести футов семи дюймов (* 2 м), женщины – выше шести футов (* 1 м 83 см).

– А во мне – пять футов, четыре дюйма (* 1 м 62 см), – вздохнула я. – Вполне нормальный средний человеческий рост. Но среди вас я – как карлик, честное слово. Вот почему так? Я ведь тоже не человек?

– А мне это даже нравится. Возможно, твой вид просто несколько мельче моего, вот и всё. Зато вы не так выделяетесь среди людей.

Он снова запустил видео и сокрушённо покачал головой.

– Как жаль, что не видно, как ты расправляешься с Линдой. Учитывая, что она сегодня натворила, думаю, это зрелище принесло бы мне удовлетворение.

– Ну, я думаю, что обзор и так неплох. И даже очень. В конце концов, в поле зрения камеры могли попасть только верхушки деревьев, или весь экран могла загораживать какая-нибудь ветка.

– Нужно будет купить ему видеокамеру, – рассеянно пробормотал Гейб, наблюдая, как я снова вылетела в зону видимости и рухнула на колени возле мальчика, всеми силами пытаясь остановить хлещущую из его ран кровь.

Я сидела почти спиной к камере, было видно только мою щеку и висок.