Черная моль

Если Диану приодеть соответствующим образом, как того требует ее положение (к сожалению, вынуждена сказать, что она предпочитает совсем простые наряды!), то она превратится в чертовски элегантную графиню. Я обещала свести ее к своему портному, сам понимаешь, какая это жертва с моей стороны. Я точно знаю, что весь Лондон будет скоро сходить по ней с ума, а те, кто уже видел ее в Эйвоне и Фалмуте и не оценил — положительно глупы!

Они с Джеком страшно счастливы вместе, что нынче не слишком модно! Но я и сама так счастлива с Дики, что, уверена, мы, две парочки, установим новую моду в свете.

Пожалуйста, Трейси, дорогой, возвращайся поскорее, ты представить себе не можешь, как я по тебе скучаю! Я весьма сильно удивилась, узнав, что ты уехал с Фортескью. Вот уж не знала, что вы с ним столь близки!

С огромной любовью и нежностью

Твоя Сестра

Лавиния.

P. S. Потрясающая новость: мисс Ганнинг выходит замуж за Ковентри! Всю последнюю неделю в городе только об этом и говорят!»

Герцог медленно сложил листки и передал их Фортескью, который как раз в этот момент вошел в комнату.

— Вот, получил от сестры. Возможно, тебе будет интересно, Фрэнк.

Фортескью пробежал глазами письмо, затем молча сложил и отдал обратно Трейси. Тот бросил его на стол.

— Я взялся за дело… не с того конца, — сказал он.

— Да, — согласился Фрэнк. — Она… не того рода девушка.

— И неправильно начав, не сумел затем исправить.

— И только сделал еще хуже, — добавил Фортескью.

— Я бы женился на ней, сделал все честь по чести…

— И все равно по-своему, Трейси, дерзко и…

— Да, конечно, по-своему, Фрэнк! О, если бы можно было повернуть время вспять, хотя бы на год! Но что теперь пользы толковать об этом? Нет, я не жалуюсь… Скоро вернусь в Англию и непременно засвидетельствую свое почтение… графине Уинчем.

"— Так ты собираешься ее видеть? — Фрэнк метнул в его сторону настороженный взгляд. — Просто поклониться ей, Трейси, не более того, да? Ты ведь не собираешься…

— Нет, не более того, Фрэнк.

— Тогда прошу прощения. Да… она отвергла тебя, однако, как мне кажется, все же успела изменить. Помнишь, я как-то говорил: когда придет настоящая любовь, ты забудешь о себе и станешь думать только о ее счастье?..

Какое-то время герцог молчал, затем на лице его заиграла улыбка, по-прежнему циничная, однако лишенная на сей раз изрядной доли яда.